Михаил Колесников
Двенадцать размышлений об «анонимных алкоголиках» и о программе «12 шагов»

Предисловие

Причина, побудившая меня предпринять это исследование, предельно проста, и мой интерес к этой теме лежит на поверхности. Дело в том, что я – алкоголик, недавно прошедший курс лечения в государственном Реабилитационном Центре по той самой методике «12 шагов», из-за которой в прессе и научной литературе было сломано столько копий, и я жизненно заинтересован точно знать, на что я могу рассчитывать в результате этого лечения. Для этого мне было необходимо создать некую общую картину, в рамках которой мой алкоголизм являлся бы частным случаем. Многие, может быть, важные детали были мною опущены, поскольку ничего не прибавляли к «моему» видению проблемы алкоголизма; без некоторых других вполне можно было бы обойтись, поскольку они не имели прямого отношения к проблеме. Я уделил им внимание только потому, что они хорошо укладывались моё видение мира.

Это – моё личное расследование, которое я провожу в своих личных интересах, хотя некоторые содержащиеся в нём моменты могут оказаться полезными и для некоторых специалистов. Возможно, оно заинтересует не только алкоголиков, но и наркоманов, поскольку то, что здесь говорится об алкоголизме, в основных аспектах приложимо и к наркомании.

Для любящих интересоваться сопутствующими деталями поясню, что в данный момент нахожусь в отпуске по состоянию здоровья и под попечением других врачей, которые лечат мне другую болезнь, не такую серьёзную, как мой алкоголизм. Всё отпущенное мне время отпуска я попытался использовать до предела рационально, посвятив главное моё внимание этой теме. Поскольку живу я в сильно удалённом от городских центров месте, самое большее, что я мог сделать в этой ситуации, это попытаться с максимальной эффективностью использовать возможности Интернета.

Размышление №1. «Анонимные алкоголики» в США

В Интернете есть неисчислимое множество мест, на которых можно получить полный набор сведений о ранней истории сообщества «Анонимных алкоголиков» (далее АА): о том, что оно возникло в 1935 году в г.Акрон (Akron), штат Огайо, США, как неформальное объединение с целью взаимной поддержки в деле избавления от алкогольной зависимости, и о том, что начало движению положили всего два человека: неудачливый нью-йоркский биржевой маклер Уильям Уилсон и хирург-проктолог городской больницы Акрона Роберт Смит, сами бывшие в то время сильно пьющими людьми. В 1939 г. они издали первый вариант своей знаменитой книги «Анонимные алкоголики», которая содержала обобщение пережитого ими опыта излечения от алкоголизма, основанного на практике взаимопомощи. Последователи движения АА в США и Европе называют её «Большой книгой» (Big Book), или, сокращённо, «БК»; российские алкоголики чаще называют её «Синей книгой», по цвету обложки всех её изданий.

В 1946 г. описание опыта самолечения алкоголиков было в сжатой и переработанной форме издано ещё одной отдельной книгой под названием «12 шагов и 12 традиций», или «Голубая книга», представляющая подробное описание некой последовательности действий, как духовных, так и сугубо практических, которые алкоголик обязан выполнять шаг за шагом, изо дня в день, если желает достичь полного освобождения от зависимости (12 шагов, 1946; БК, 1939-2011). В 1950 г. эту книгу одобрил Первый международный съезд АА в Кливленде, фактически приняв её в качестве базовой программы излечения от алкоголизма в сообществах АА (Папка АА, 2004-2018).

В 1990 г. была издана ещё одна книга, содержащая множество советов и рекомендация для желающих сохранить трезвость (так. наз. «Жёлтая книга». – См.: Жить трезвым, 1990).

В настоящее время движение АА распространило свою деятельность в десятках стран на всех обитаемых континентах, и с конца 1960-х гг. оно обзавелось собственной административной структурой в виде нескольких корпоративных некоммерческих организаций, основные центры которых размещены в Нью-Йорке, США. (Подробнее о принципах организации движения, формах самоуправления и координации деятельности, печатных органах, финансах и собраниях см. в: Папка АА, 2004-2018; Брошюры АА, 2011).

Успех новой методики первых лет существования движения АА был впечатляющий. В 1955 г. активисты движения с гордостью констатировали, что «из общего числа алкоголиков, пришедших в АА…, 50% сразу и навсегда бросили пить, а 25% встали на путь трезвости после нескольких срывов… Тысячи других приходили на некоторые встречи АА и вначале принимали решение, что они не хотят придерживаться этой программы. Но многие из них – примерно две трети – со временем возвращались» (БК, 1939-2011. Предисловие ко 2 изд.)

Переводя это на язык современной отечественной нарко-психотерапии, «эффективность лечения достигала 75% при показателях удержания до 67%».

В начале 1950-х гг. один из анонимных алкоголиков по имени С.Хаустон вместе с врачом-наркологом д-ром Вогелом создали первую группу Анонимных Наркоманов (АН или НА ) на базе Ленсингтонской городской больницы в штате Кентукки, США. Так методика «12 шагов» стала применяться для лечения других видов наркотической зависимости (12 шагов вне АА, 2014; см.также: АН, 2020).

Здесь следует сделать одно отступление, может быть, излишне пространное, но на мой взгляд крайне необходимое.

Доктор Р.Смит и его жена Анна ещё задолго до знакомства с У.Уилсоном входили в религиозное Общество евангельских христиан, основанное в 1920-е гг. лютеранским священником Фрэнком Бахманом – личностью на редкость незаурядной, яркой, прирождённым проповедником и талантливым организатором. На этой фигуре нам следует задержаться особо.

Ф.Бахман (F.Buchman, 1878-1961) был в те годы одержим грандиозной идеей о возможности и даже неизбежности духовного и морально-этического перерождения каждого человека на Земле, и построения на этой основе подлинно справедливого общества в масштабах всего человечества. Фактически, Ф.Бахман создавал новую религию, взяв за образец ранние христианские общины первых веков н.э. Будучи по происхождению не англо-саксом, а швейцарским немцем (отсюда разночтение его фамилии – «Бахман» и «Бухман») и к тому же «богоискателем» по самому глубинному складу души, он, вероятно, чувствовал себя в США неким миссионером, оказавшимся в племени диких язычников где-нибудь на островах Полинезии. Он и был почти два года таким миссионером в Китае по поручению женевского руководства Союза молодых христиан (YMCA) , но был выдворен оттуда по настоянию местного церковного руководства за беспощадную критику, которую он обрушивал на тамошних священников из миссий, обвиняя их в нарушениях христовых заповедей, в частности, в грехе прелюбодейства с местными мальчиками. Кстати, ещё до своей поездки в Китай, находясь на посту секретаря YMCA в Пенсильванском государственном колледже, он порой сильно тревожил руководство колледжа резкими упрёками в равнодушии, с которым оно воспринимало обычные в те годы невинные студенческие вечеринки с алкоголем. При этом, как вспоминали знавшие его тогда люди, Ф.Бахман всегда проявлял необычную для священника веротерпимость, и он всегда охотно и без каких бы то ни было конфликтов на религиозной почве сотрудничал с иноверцами, приводя этим своих собратьев по сану в немалое смущение.

В 1920-е гг. Ф.Бахман постоянно проживал в США, читал лекции в Хартфордской теологической семинарии штата Коннектикут и попутно много разъезжал по стране, создавая новые и новые Общества христианской студенческой молодёжи, главным образом, в Йельском, Принстонском и Оксфордском университетах. Он быстро обрастал учениками и через них фактически управлял одной из самых влиятельных общественно-религиозных организаций штата Нью-Джёрси – «Филадельфийским Обществом» – главной христианской организацией Принстонского университета, одного из четырёх старейших университетов Америки. Его бурная деятельность в Принстоне закончилась скандалом, который последовал за подробнейшим доносом на имя официального председателя Общества, в котором Ф.Бахман обвинялся в том, что на собраниях его учеников практикуются «коллективные исповеди», в ходе которых участники прилюдно каются в совершённых ими аморальных поступках, причём на этих собраниях поощряются даже откровенные признания в самых интимных вещах, включая прегрешения сексуального характера. Общественность была этим шокирована, и Ф.Бахману в конце концов пришлось покинуть университет, хотя в этом конфликте у него нашлись не только противники, но и влиятельные сторонники.

Далее центр тяжести в проповеднической деятельности Ф.Бахмана переносится в Оксфорд и именно здесь его движение получает название «Оксфордской группы», и отсюда оно начинает свой путь по США, а начиная с 1930-х гг. – по всему миру. В Оксфорде собрания приверженцев его учения стали настолько многолюдными, что для их проведения иногда приходилось арендовать большой танцевальный зал местного отеля. И именно там, в Оксфорде, Ф.Бахман впервые сделался объектом нападок прессы, которая назвала его творцом «странной новой секты», члены которой «становятся на своих собраниях в круг, берутся за руки и публично исповедуются в своих грехах». Сторонники Ф.Бахмана выступили с опровержением, но, как в таких случаях обычно и бывает, никто к ним особенно не прислушивался.

И именно тогда эта «странная новая секта» Ф.Бахмана попала в поле зрения другого, пожалуй, не менее выдающегося человека, одного из основателей всемирного движения «Анонимные алкоголики» – доктора Роберта Смита, впоследствии ставшего более известным под псевдонимом «Доктор Боб». Р.Смит посещал еженедельные собрания Общества в течение двух с половиной лет и, как вспоминала его жена, он тогда подолгу «читал Священное Писание, изучал Жития Святых, делал попытки изучить и понять древние духовные, религиозные и философские идеи. И все же, продолжал пить (курсив мой – М.К.)»

Сам Р.Смит, как и его соратник У.Уилсон и их первые сотоварищи по Обществу АА всегда относились к личности Ф.Бахмана и его идеям с огромным пиететом. Справедливости ради, следует отметить, что сам Ф.Бахман к зарождающемуся в русле его движения ответвлению в виде АА был более чем равнодушен и их собрания посещал редко и с заметной неохотой. Возможно, он уже тогда своим безошибочным чутьём пророка и проповедника увидел в них нечто чужеродное, изначально нацеленное на совсем иные задачи, нежели те, что возникали перед его собственным внутренним взором.

Любопытно, что в основе религиозной программы Ф.Бахмана находились 14 этических принципов и правил поведения, имеющих много общего с теми «12 шагами», которые позднее были положены в основу программы выздоровления АА (ср.: Dunning, 2014). У Ф.Бахмана первые 4 принципа носили название «абсолютов»: абсолютная честность, абсолютное бескорыстие, абсолютная чистота и абсолютная любовь. Ещё 5 принципов обозначались латинской буквой «С»: уверенность, исповедь, осуждение, осмысление и преемственность (confidence, confession, condemnation, consideration, continuity). Кроме этого члены Оксфордской группы должны были выполнять 5 действий, которые они называли «процедурами»: довериться Богу; слушать Его указания; следовать Его указаниям; возмещать ущерб; делиться с другими. У группы были также свои девизы, близкие по духу тем, которые потом взяли на вооружение АА: «изучай людей, а не книги»; «выиграть в споре – потерять друга»; «делись новостями, а не мнениями». Были и свои ритуалы: например, оказавшись рядом в какой-нибудь многолюдной компании и признав там друг друга, с заговорщицком видом переглянуться и спросить с улыбкой: «Ты на вершине?»

В общем, на первый взгляд, своды прописных и даже банальных истин, к которым добавлены наборы вполне им соответствующих случайных и бесцельных поступков, вообще характерных для почти любой ритуальной практики. Подобными детскими ритуалами забавлялись во все времена едва ли не все «тайные общества», например, те же масоны, которые считали себя в высшей степени засекреченными, но полный список которых где-нибудь в Париже или в Петербурге мог составить любой приезжий зевака, посетив несколько модных салонов и потолкавшись пару дней в городской толпе, состоящей из других таких же зевак. Тем не менее, эти внешне бессмысленные девизы, ритуалы и даже, пожалуй, некоторые из принципов (как, например, «исповедь» или «абсолютная честность») выполняли очень важную функцию, – они вырабатывали у их носителя легко угадываемые черты поведения, которые мгновенно выделяли его из толпы и безошибочно указывали на его принадлежность к некой выделенной и обособленной группе. В данном случае – к «Оксфордской», состоящих из людей, «посвящённых» в учение Ф.Бахмана, хотя такие же приметы отличают, например и моряков, и болельщиков за команды некоторых футбольных клубов, и даже тех, кто хоть однажды побывал в тюрьме или в зоне, и т.д. Почти такими же отличительными признаками обзавелись позднее и все АА.

Позже Р.Смит вспоминал «абсолюты, как единственные вешки, которые были у Анонимных Алкоголиков в первые дни, еще до Двенадцати Шагов».

По его мнению, они остаются актуальными, и часто оказываются крайне полезными, когда нет очевидного ответа на вопрос, как правильно поступить». Если рассматривать «12 шагов» только с содержательной стороны, то их никак нельзя назвать калькой с «абсолютов» и «процедур» Ф.Бахмана, но главное в этих нравственных постулатах и нормах поведения они отразили точно.

Но, может быть, самое важное заключается даже не в них самих, а в восприятии АА самой идеи «последовательного и постепенного восхождения» алкоголика по некой воображаемой «лестнице выздоровления», имеющей, в свою очередь, много общего с так наз. «Лествицей Иоанна», богословским сочинением VI в., содержащим описание «30 ступеней» духовного совершенствования человека, этапы его «восхождения к Богу» (Быт.28:12; Лествица, 2021). Знаток Библии и теологической литературы, Ф.Бахман об этой параллели, несомненно, знал; Р.Смит, возможно, знал о ней тоже, особенно если он, как подтверждает его жена, проводил много времени за чтением религиозной литературы.

Как бы то ни было, неоспоримым остаётся тот факт, что идея «12 шагов» сформировалась у основателей движения АА уже после того, как они вышли из «Оксфордской группы», а это, в свою очередь, не позволяет безоговорочно принять точку зрения некоторых критиков и недоброжелателей АА, настаивающих на том что «12 шагов» – это не более чем «косметическая перелицовка» основных религиозных догм и правил, проповедуемых Ф.Бахманом. Совпадение многих этических норм в программах АА и «Оксфордской группы» также не доказывает наличие прямой преемственности базовых программ двух этих обществ, поскольку эти нормы всегда являлись и поныне являются общепринятыми во многих религиях и во многих культурных традициях. А вот сугубо религиозный стиль их формулировок и расстановка в них приоритетов действительно выдают прямую связь идей АА с идеями Ф.Бахмана. Хотя, по большому счёту, для У.Уилсона и Р.Смита, как и для большинства хронических алкоголиков США, вряд ли такое уж большое значение имели сугубо теологические вопросы и даже основные вопросы этики. Вовсе не в религии здесь было дело. Запросы выздоравливающего алкоголика уместно сравнить с запросами путника, потерявшего дорогу в пустыне и умирающего от жажды, – он ищет воду, и если он её находит, ему всё равно, из какой посуды пить. По-видимому, Ф.Бахман это хорошо понимал, и наверное, поэтому относился к АА с недоверием и никогда до конца не признавал их «своими». И отпочковались АА от «Оксфордской группы» вовсе не потому, что между их лидерами возникли какие-то недоговорённости или трения, а потому, что как они не старались следовать принципам и догматам выбранного учения, оно им не очень помогало: «они всё так же продолжали пить».

Эту проблему сами «Анонимные алкоголики» достаточно ясно выразили в одном месте их основной книги с одноимённым названием: «Разговор алкоголиков друг с другом, приносит им большую помощь и удовлетворение, чем Оксфордские встречи, религиозный акцент которых, а особенно абсолютные принципы, мало что давали для достижения трезвости. Черт возьми эти абсолютные принципы, – говорил алкоголик, – я просто желаю быть трезвым сегодня».

На мой взгляд, ещё более ясно и незамысловато высказался на эту тему безымянный участник одного форума зависимых, подписавшийся псевдонимом «Бомж-вредитель»: «Два главных открытия АА: а) бросить пить гораздо проще в коллективе, и б) с поддержкой таких же одержимых» (Vesvalo 08.03.2013. – правка орфографии моя – М.К.)

Окончательно покинув «Оксфордскую группу», АА из всего наследия Ф.Бахмана взяли с собой только то, что в дальнейшем помогало им оставаться трезвыми:

1) «публичные исповеди» (разумеется, только в кругу «своих»);

2) обряд «становиться в круг, держась за руки»;

3) хоровое чтение молитв;

Пожалуй, можно привести ещё два характерных признака, которые АА могли заимствовать только непосредственно у Ф.Бахмана. Это: а) выходящая за все привычные рамки «веротерпимость», (к слову сказать, вообще необычная для священнослужителя); б) столь же крайняя неприязнь к алкоголю и вообще ко всем плотским человеческим слабостям. (Сам Ф.Бахман никогда в своей жизни не пил, не курил и ни разу не был женат). Объяснение такой же неприязни к алкоголю у АА ссылкой на специфику самой болезни алкоголизма только на первый взгляд покажется правильным и естественным. Подобные общества возникали в разных странах и раньше (напр.: «Американское общество трезвости», США, 1826 г.; «Вашингтонское общество трезвости», США, 1840 г.; «Международная организация гуманизма и трезвости», США, 1851 г.; «Национальное общество воздержания», США, 1865 г.; «Общество Белой ленты», США, 1874 г.; «Общество Синего креста», Швейцария, 1877 г.; «Общество Белого креста», Франция, 1899 г.; «Антисалунная Лига», США, 1893 – См.: Общества_БЕ, 1907; Ушакова, 2014; Алкоголизм_Википедия, 2020). На самом деле, далеко не все из этих Обществ ставили перед собой задачу «полного» отказа от алкоголя; гораздо чаще их целью было «научиться пить, не впадая при этом в скотское состояние», а некоторые из них просто желали бы привить своим участникам навыки «контролируемого употребления» и переориентировать их на потребление слабых алкогольных напитков. Первые Общества трезвости, которые стали появляться в Северной Америке начиная с 1789 г., так себя и называли: «Общества воздержания от крепких напитков» (см.: Алкоголизм_БЕ, 1907). Даже великий В.М.Бехтерев при создании им в 1912 г. первого в мире Экспериментально-клинического Института по изучению алкоголизма поставил свою подпись под текстом документа именуемого «Запиской Совету Неврологического Института», в котором было сказано буквально следующее: «Опыт показывает, что алкогольные напитки естественного брожения, не подвергнутые интенсивной обработке (дистилляции), не содержат более 9% алкоголя…, т.е. количества, остающегося безвредным» (цит.по: Никифоров, 1986, с.202-203). Впоследствии именно на этот пункт «Записки» с уничтожающей критикой обрушилось другое научное светило русской медицины – И.П.Павлов (см. там же).

Но АА никогда не питали надежд на то, что замена крепких напитков слабоалкогольными сможет хоть в чём-то помочь алкоголикам, а от идеи «контролируемого употребления» они отказались сразу и навсегда.

Вообще, при внимательном рассмотрении истории формирования движения АА возникает странное и навязчивое впечатление, что первые АА в США в своих поисках утраченной трезвости двигались как будто «наощупь», перебирая и прилаживая к своей главной цели всё, что попадалось им на пути, и что главный и самый нужный инструмент, который им труднее всего было приспособить – это было то давно утраченное людьми (а вернее всего, никогда в реальных обществах и не существовавшее) чувство полной общности и единения, готовности помочь ближнему, поддержать его, пострадать его бедой, а если необходимо – то и умереть за него.

Чтобы проверить это впечатление, перейдём к следующему нашему размышлению на выбранную тему.

Размышление №2. «Анонимные алкоголики» в СССР и России

Первые содружества АА стали появляться в СССР в 1987 г. Современниками этот процесс почему-то фиксировался плохо. Всё происходившее в те годы, конечно, где-то отмечалось и было отражено в документах, – но всё как-то отрывочно, сумбурно и как будто в спешке. К тому же, неуклонное следование сообществами АА двух последних традиций в их списке – «скромности» и «анонимности», имело следствием то, что АА во всём мире стала присуща совершенно невыносимая манера прятаться и скрытничать; они по возможности стараются не указывать годы и места изданий своих публикаций, чем сильно осложняют жизнь позднейшим биографам, библиографам и историкам, они неприязненно относятся к статистике, избегают точных чисел, не уточняют места событий, не любят приводить имена и даты, и даже свои собственные имена прячут под прозвищами, чем сильно напоминают первых христианских апостолов (Павел, он же Савл; Петр, он же Кифа, он же Симон, и т.д.), а также с близких к ним по духу первых русских революционеров (Ульянов, он же Старик, он же Ленин; Джугашвили, он же Коба, он же Сталин, и т.д.). Как следствие этого, восстанавливать событийные ряды в их истории бывает трудно, порой невозможно.

В самый разгар антиалкогольной компании, развёрнутой М.С.Горбачёвым в 1985-1987 гг., в СССР приехал активист Общества АА, священник епископальной церкви Дж.У.Кэнти, с целью ознакомить советских врачей-наркологов, чиновников из высшего руководства, священнослужителей РПЦ и советскую элиту с литературой Общества АА, а также организовать для них поездку в США, где они могли бы сами присутствовать на собраниях АА. Кроме того, он намеревался сам организовать первые в СССР группы АА и провести их первые собрания, и как будто, действительно делал что-то подобное в Москве (Нейфах, 2013; Патров, 2013, Савельев, 2013). В целом инициативу Дж.У.Кэнти нельзя не признать благой, а на фоне происходивших в те годы в СССР бурных изменений – вполне реалистичной. Но вскоре после его приезда по Москве поползли слухи, что он кроме того обратился в Министерство культуры СССР с предложением организовать на сцене Большого театра балетную (!) постановку на тему вреда пьянства и алкоголизма.

Подобно тому, как крошечная капля воды отражает в себе всё безбрежное небо с облаками, радугой и птицами, в этом нелепом поступке нью-йоркского пастора отразилась во всём неисчерпаемом многообразии разница менталитетов двух во многом схожих и в равной мере «имперских» народов – русского и англо-саксонского.

Логику рассуждений Дж.У.Кэнти в данном случае понять просто: если русский балет считается лучшим в мире, то все русские должны быть его страстными поклонниками. А поскольку самый известный в СССР театр – это московский Большой, лучшего места для рекламы трезвого образа жизни не нужно и искать. А если хотя бы одно такое балетное представление предварить небольшой, но прочувствованной речью самого Дж.У.Кэнти, в которой он расскажет русским почитателям балета о новом для них пути избавления от алкогольной заразы, – то это будет такое исполнение 12-го шага программы АА, которое заставит задохнуться от зависти всех выздоравливающих алкоголиков планеты.

Не нужно смеяться над этим искренним, самоотверженным и далеко не глупым американцем, – просто он всех нас так видит.

Первой группой АА в СССР обычно называют содружество «Московские Начинающие», хотя сами МН всегда добросовестно указывали на своих сайтах в Интернете, что они вовсе не были «первыми», но всего лишь «первыми зарегистрированными» в Бюро по общему обслуживания АА (GSOAA), что произошло 16 августа 1987 г. (МН, 2004-2019). Затем стали возникать и другие группы, но, к великому удивлению энтузиастов движения, процесс этот шёл чрезвычайно медленно, и вне Москвы первые сообщества появились только через год, да и то лишь в немногих крупных городах (последовательно с июня 1988 г. по август 1990 г. – в Вильнюсе, Киеве, Минске и Таллинне), а в некоторых крупных городах они не появились вообще.

Далее по порядку шёл 1991 год, ознаменованный распадом Советского Союза, и данные статистики на какой-то период вообще сделались невразумительными. По многим сайтам Интернета блуждает одна и та же цитата, источник которой неизвестен, но из которой следует, что «к 1994 году в стране работали 58 групп АА». Правда, из неё нельзя понять, в какой именно стране – СНГ или РФ? (см., напр.: АА Здоровье, 2017).

В 1999 г. в России (РФ) насчитывалось 200 групп, а в 2001 г. – «чуть менее 300 групп» (Хроника АА, 2016).

В 2012 г. один источник сообщил, что в России к концу 2011 г. насчитывалось «около 300 групп АА» (Ситнева, 2012).

В 2014 г. «Информационный листок Питерского АА» за в описании событий 2012 г. упомянул о существовании тогда «350 групп АА» (ИЛ_04.2014).

В 2013 г. американский журналист русского происхождения Л.Нейфах опубликовал статью в Интернете, в которой без ссылок на источники отметил, что «с 1987 года…в стране возникло всего 400 групп» (Нейфах, 2013), тогда как сайт «44 вопроса и ответа» насчитал в РФ в тот же год 360 групп АА (44 вопроса, 2013).

В 2017 г. на сайте «АА в России» была приведена следующая информация: «В России сегодня работают около 500 групп, в Москве – 120 групп АА, а в Московской области 30». (АА ВКонтакте, 2022). Эти же данные были продублированы без единого исправления на том же сайте уже в 2022 г., что было сделано, очевидно, по недосмотру администратора, – факт неприятный и весьма показательный для иллюстрации общего отношения АА к точным датам и числам, касающимся вопросов, которые жизненно важны для них самих.

Но в том же году Московский Офис АА России выложил на своём сайте информацию о том, что на начало 2017 г. в стране было зарегистрировано не ок.500, а 617 групп АА (Обзор, 2017).

В 2022 г. сайт «Анонимные алкоголики России» опубликовал статистическую сводку, в которой на январь года было отмечено наличие в РФ «около 700 групп» (ААР, 2022). В том же году тот же орган в отчёте о прошедшей конференции АА привёл другие данные: «750 групп» (ААР. Конференция, 2022).

Несмотря на скудость и противоречивость данных, при их суммировании вырисовывалась довольно странная картина, из которой следовало, что с 2001 г. по 2012 г прироста групп АА в России практически не было.

Как и следовало ожидать, первыми на ситуацию отреагировали их инициаторы: 2 августа 2011 г. вопрос о перспективах АА в России поставила на повестку дня влиятельнейшая в то время Хельсинкская комиссия США, созданная в 1976 г. для контроля за соблюдением Хельсинкских Соглашений по правам человека, заключённых между США и СССР в 1973 г. (Хельсинки, 2011). О ходе обсуждений на комиссии известно главным образом из статьи уже упомянутого Л.Нейфаха (2013), который изложил в ней несколько предложенных разными американскими специалистами версий и объяснений события:

– постсоветская культура в России ещё полностью не сложилась;

– движение АА пришло к нам из США, к которым в России сохраняется традиционное недоверие;

– движение АА имеет протестантские религиозные корни, тогда как Россия по преимуществу православная страна;

– пьянство выгодно государству финансово, благодаря монополии на производство и продажу спиртного;

– пьянство выгодно государству политически, т.к. пьющими легче управлять;

– для большинства россиян сама мысль о том, что тебе может помочь другой пьяница, кажется глупой.

Кроме того, российский психиатр Б.Лободов из Воронежа объяснил происходящее так: «В анонимность никто не верит, совсем никто. Люди боятся, что их узнают… Некоторые полагают, что это секта, где их обманут и заставят работать в похожем на тюрьму поселении» (Нейфах, 2013)

Немного позднее эту проблему обсудили российские «анонимные алкоголики» на форумах Интернета, где они несколько по иному обозначили её рамки и дали ей свою оценку. Сделано это было в обычном для «интернавтов» стиле: с ёрничанием, кривлянием и намеренным ломанием языка, но очень корректно, честно и математически точно:

1. Из ок.300 групп АА в РФ (по состоянию на 2012 г. – М.К.) подавляющее большинство приходится на 3 крупных городских центра (Москву, Петербург и Казань), а также на 30-50 других городов с населением более 1 млн.человек.

2. Лишь в одной области РФ (в Карелии. – М.К.) АА смогли успешно прижиться в сельской местности и в малых городах (22 группы). Остальные более 1 тыс. городов, а также более 150 тыс. сельских поселений России оказались деятельностью АА практически не охваченными. В российской «глубинке» движение АА не прижилось.

Вывод из этого был сделан очень серьёзный: «Количество групп в России достигло своего максимума; дальше что ни делай – ничего существенно не измениться. АА не слишком хорошо укладывается в российскую ментальность» (Vesvalo 07.09.2012, «Великий Комбинатор». – Орфография немного исправлена – М.К.)

К похожему выводу, правда в более обтекаемой форме риторического вопроса, пришли и участники открытых слушаний, организованных Хельсинкской комиссией в Вашингтоне в 2011 г.: «Насколько идея, зародившаяся в одной стране, способна работать в другой, сильно отличающейся от первой? И если существует некая загадочная “русская душа”, переживающая одну смену режима за другой, не может ли она оказаться просто несовместимой с принципами, которые обеспечили АА такую популярность в Соединенных Штатах?» (Нейфах, 2013)

Предположение экспертов комиссии оказалось если не пророческим, то довольно близким к истине. Как было отмечено выше, за целую четверть века существования движения АА в СССР и России количество групп АА здесь даже не достигло отметки одной тысячи. Для сравнения можно привести пример Большого Бостона, даже не самого крупного города США (ок.4-8 млн.чел., по разным оценкам – М.К.), в котором ещё в 2013 г. таких групп было ок.1600 (Нейфах, 2013). При этом ежегодный прирост АА только в США и Канаде составляет примерно 4 тыс. групп (Ситнева, 2012). Это числа произвели на россиян впечатление, и приведённые здесь данные можно найти на многих сайтах Интернета.

Других сведений, которые могли бы как-то повлиять на обоснованность этих выводов, мне обнаружить не удалось. Но если правы эксперты Хельсингской комиссии, и вопрос о перспективах движения АА в России всё-таки упирается в некую культурную и этнопсихологическую несовместимость двух народов – российского и американского, – то его должны решать специалисты в этой области – этнопсихологи и историки. А эта уже ближе к профессиональным интересам автора, поэтому здесь мы должны перейти к третьему размышлению в рамках нашей темы.

Размышление №3. Что можно найти общего в ментальности народов США и России?

В предыдущем разделе были рассмотрены некоторые условия и обстоятельства, которые сопровождали распространение идей АА в России, и которые привели к осознанию главной проблемы: «Почему АА не удаётся здесь прижиться?»

Я поставил бы вопрос иначе: «Как им вообще удалось здесь прижиться?»

Начнём с того, что в основе двух этих культур лежат две разные веры – православие и протестантизм, и между ними, кажется, вообще нет ничего общего, кроме личности Иисуса Христа. Первое верование представляется до кости сросшимся с глубоко русской идеей коллективизма («соборности»), второй – исходит из сугубо англо-саксонской идеи крайнего индивидуализма (см. об этом в: Обзор специалистов, 2017). Казалось бы, у американских духовных практик не было в России ни одного шанса. Тем не менее они и ранее имели здесь довольно громкий отклик в душах: взять хотя бы ставшую необычайно популярной религиозную организацию Свидетелей Иегова, или движение поклонников Кришны, бога индусского происхождения, но к нам попавшего тоже из США и в основательной англо-саксонской переработке (подробнее см.: еп.Александр, 1998). Видимо, несмотря на принципиальную разницу двух культур – русской и американской – что-то общее в нас всё-таки есть, и оно настоятельно требует своей идентификации и изучения.

В отечественной науке ближе всех к этой теме подошёл советский этнолог и историк Л.Н.Гумилёв, предложивший оригинальную идею «этнического поля». Согласно его концепции, каждому историческому этносу присущ некий неповторимый набор стереотипов поведения, проявляемый в стандартных реакциях на однотипные внешние раздражители – некие «ритмы» поведения, по которым представитель любого этноса безошибочно узнаёт своего соплеменника в любой толпе, состоящей из представителей другого этноса. Эти «этнические ритмы» могут отличаться в разной степени у двух разных этносов, – от полнейшего несходства, вызывающего чувство отторжения и неприязни, до некоторой близости и «созвучия», – но в любом случае легко различимы и являются наиболее простыми и надёжными показателями степени этнического родства или этнической чуждости (Гумилёв, 1965.– С.355-356).

Рассматривая сквозь призму этой концепции основные межэтнические контакты в европейской и американской истории Нового Времени, Л.Н.Гумилёв обнаружил неожиданно много совпадений в этническом поведении именно великороссов и англосаксов, точнее, той их частью, которая получила в литературе наименование WASP (белые-англосаксы-протестанты) и служила для обозначения той части европейских колонистов в Новом Свете, которая составила основу белого населения Северной Америки. До них на этих землях уже побывали испанцы и французы, сумевшие наладить прочные связи с туземным населением. После них здесь же появились русские переселенцы из Аляски и Восточной Сибири. Вот как Л.Н.Гумилёв описал эти процессы: «Испанцы видели в касиках племён местных дворян и при крещении давали им титул «дон». Вследствие этого в Мексике и Перу значительная часть индейцев ассимилировалась. Французы в Канаде увлеклись индейским образом жизни и в XIX в. превратились в подобие индейского племени. Во время восстания Луи Риля метисы и индейцы действовали заодно.

Англосаксы загнали индейцев в резервации, за исключением тех, кто согласился на американский образ жизни (выделено мною М.К.) С другой стороны, великороссы, которые в Сибири легко «смешивались с татарами и бурятами, в значительной степени воспринявшими русскую культуру, и сами легко растворялись среди якутов», с индейцами на Аляске и в Калифорнии «не поладили и не смогли там закрепиться, несмотря на поддержку алеутов и эскимосов. И не случайно, что во время Тридцатилетней войны Россия поддержала Протестантскую унию против Католической лиги, принимала на службу протестантов-немцев и торговала с Голландией. А ведь католичество по догматике и обряду куда ближе православию, нежели лютеранство. Очевидно, этнический момент преобладал над идейным и здесь» (Гумилёв, 1965.– С.415-417).

В сер.XVII в. русские, беспрепятственно заселившие к тому времени почти всю Восточную Сибирь, столкнулись в ней с серьёзным препятствием в лице чукчей, народа, родственного североамериканским индейцам, и оказавшего казакам-первопроходцам неожиданно сильное сопротивление.

«В 1644 г. казак М.Стадухин, первый доставивший известие о них в Якутск, основал Нижнеколымский острог. Чукчи, кочевавшие в то время как на восток, так и на запад от реки Колымы, после упорной, кровопролитной борьбы окончательно покинули левый берег Колымы, оттеснив при своем отступлении эскимосское племя мамаллов с побережья Ледовитого океана к Берингову морю. С тех пор в течение более ста лет не прекращались кровавые столкновения между русскими и чукчами… В этой борьбе чукчи выказали необыкновенную энергию. В плену они добровольно убивали себя, и если бы русские на время не отступили, они бы поголовно выселились в Америку. В 1770 г. после неудачной кампании Шестакова Анадырский острог, служивший центром борьбы русских с чукчами, был уничтожен и команда его переведена в Нижне-Колымск, после чего чукчи стали менее враждебно относиться к русским и постепенно стали вступать с ними в торговые сношения» (Штернберг, 1907).

Если вспомнить, что приблизительно в то время, когда русские переселенцы на Востоке впервые встретились с чукчами, моряки С.Дежнёва уже достигли берегов Аляски (1648 г.), а первое русское поселение в Америке было основано на алеутской Аналашке только в 1772 г. – уже после примирения с чукчами, то надо будет признать, что чукчи затормозили ход освоения Русской Америки на 126 лет.

Точно с таким же препятствием, с каким в XVII в. столкнулись русские в своём продвижении на Восток, в XVIII в. столкнулись и англосаксы в их продвижении на Запад Северной Америки в эпоху «фронтира» (см.: Замятина, 1998) – «ритмы этнического поля» (по Л.Н.Гумилёву) русских и англосаксов оказались одинаково несовместимыми с «ритмами» народов палеоазиатской расы, куда равно входят и американские индейцы, и чукчи Сибири.

Следовательно, в этнических особенностях белых американцев и русских присутствуют некие общие черты, видимо, достаточно глубоко в них укоренившиеся, коль скоро они способны проявляться в столь сильно выраженных формах.

Никаких сугубо практически выводов из этого заключения сделать, по видимому, невозможно, но оно даёт надежду на нахождение каких-то компромиссов в общественных инициативах, подобных движению АА в США и России. Может быть, российским энтузиастам движения нужно будет уделить более пристальное внимание тем общим проблемам, которые возникают у алкоголиков, выздоравливающих по 12-шаговой модели в России и в США. Одной из наиболее часто и с надрывом упоминаемых проблем, с которой сталкивается почти любой алкоголик, начинающий посещать группы АА и активно в них работать, – это проблема изменения его взаимоотношений с близкими в семье или (реже) на работе, или (ещё реже) – в кругу старых друзей.

Подойдём ближе к этому аспекту нашей темы.

Размышление №4. Анонимный алкоголик и его близкие

Странно, что в США никто из авторов, пишущих на тему АА, не посвящал специальных работ анализу тех негативных изменений, которые происходят в семье алкоголика, посещающего группу таких же как он выздоравливающих. Даже наиболее яростный и последовательный критик теории и практики АА Дж.Тримпи (1997) рассматривал эксцессы в семьях выздоравливающих алкоголиков просто как одну из форм вредоносного влияния программы «12 шагов» на вообще всё, с чем она соприкасается.

В русском Интернете я нашёл интересную работу Ирины Сун на эту тему, но в ней этот круг вопросов также рассматривается не отдельно, как его и следует рассматривать, но как один из многих частных случаев адаптации алкоголика к 12-шаговой программе (Сун, 2016).

В кинематографе США мне известен только один фильм, в котором отношения выздоравливающих алкоголиков с их близкими нашли более или менее полное отражение (к/ф «28 дней»).

Поэтому в этом фрагменте «Размышлений» к скупым ссылкам на литературу быдут добавлены некоторые характерные примеры, почерпнутые из отзывов родственников алкоголиков на страницах русского Интернета, а также ссылки на собственные наблюдения автора, проведённые в период его нахождения в Реабилитационном наркологическом Центре с февраля 2019 г. по сентябрь 2020 г.

Активное участие алкоголика в группе АА, хоть он теперь и становится непьющим (недосягаемая мечта для миллионов сестёр, жён и матерей!), не избавляет его от семейных проблем. Если он выздоравливает не один, а в группе АА, его трезвость странным образом «видоизменяет» эти проблемы, причём так, что ключевые роли в его родственных конфликтах с близкими часто меняют знак на противоположный. Алкоголик перестаёт пить, и как следствие этого, всё его поведение и весь его прежний набор реакций и рефлексов меняются настолько кардинально, что близкие порой перестают его узнавать. В общении с ним они на каждом шагу теряются и попадают в тупик, потому что теперь они не знают, как себя с ним вести. («Мой брат бросил пить, посещая „АА“, но он стал таким странным… Я почти не узнавала его и чуть ли не скучала о том, каким он был тогда, когда пил. По крайней мере, он был искренним, и мог говорить обо всем, что только не касалось его самого» – Цит. по: Тримпи, 1997).

В сущности, так и должно быть, потому что годами отработанная модель ролевого поведения в игре, где допускались только две роли: «мучитель-алкоголик» и «мученица-мать» (или «страдалица-жена», или «несчастная дочь» и т.д.) – рушится до основания, и близкие оказываются в такой растерянности, что из самых потаённых глубин их души рвутся наружу святотатственные слова: «Господи, да лучше бы он пил, чем терпеть его таким, каким он стал!»

Плоды его частого общения в группах АА – это, в первую очередь, его речь, засоренная многочисленными словечками, которым он, к тому же, придаёт какое-то своё, понятное только ему и совершенно непонятное близким значение. Это также его непривычная сдержанность в выражении своих чувств и его хорошо угадываемая, но от этого не становящаяся более понятной, продуманность поступков, и его обострившееся наблюдательность, – теперь он замечает даже те тончайшие изменения Вашего настроения, на которые Вы сами никогда внимания не обращали, и – самое нестерпимое! – то, что он в общении становится неожиданно участливым и предупредительным, словно опасается неосторожным словом или жестом обидеть окружающих или нечаянно показать им своё превосходство («это перед кем превосходство, алкаш несчастный!?»). Вынести это невозможно, но и упрекнуть бросившего пить тоже не в чем, и тогда запутавшиеся в своих новых, столь непривычных и неприятных ощущениях родственники хватаются, как утопающий за соломинку, за самое простое и лежащее на поверхности объяснение произошедшему: «Его зомбифицировали! Анонимные алкоголики – это какое-то подпольное общество, в которое заманивают всяких дурачков, типа нашего, и промывают им там мозги. От алкоголизма их там, конечно, тоже лечат, но взамен… взамен… А что взамен? Далее идёт «поток мысли», пытающийся отыскать для себя более или менее рациональное русло. И эта мысль ничего путного для себя не находит. Первое, самое близкое к поверхности объяснение, – «корыстный интерес» – рассыпается в прах при первом же прикосновении разума. Алкоголики в Обществе АА «не» несут туда денег из дому, «не» принимают участие ни в каких общих работах, которые могли бы принести кому-то какой-то доход, «не» подписывают завещаний в чью-то пользу, они даже не платят там членских взносов! (Сун, 2016). Разум близких начинает судорожно метаться в поисках ответа на вечный вопрос: «Кому выгодно?» – ведь должно же это быть хоть кому-то выгодно!?

Первый вариант ответа уже пузырьком выныривал на поверхность сознания при самом первом известии о существовании каких-то загадочных «анонимных алкоголиков», которых повадился посещать их беспутный и несчастный родственник: «Да уж не секта ли это?» А если это секта, то у неё должны быть какие-то главари, руководители и координаторы, заинтересованные в притоке новых жертв и получающие от этого какую-то пользу в виде какого-то капитала, – неважно какого, денежного или политического, – в наше бесстыдное, всё с ног на голову перевернувшее время уже и не разглядишь, где кончается политика, а начинается «нажива» (для которой современные русские, потому что самим, наверное, немного стыдно, приспособили нерусское слово «бизнес»), – и в каком месте они обе срастаются с религией.

Но беда в том, что у АА действительно нет никаких главарей, вообще нет никакого центрального руководства, которое могло бы нажиться на этом непаханом поле всемирного масштаба. И это действительно смотрится настолько беспрецедентно и загадочно, что привести этому феномену какой-либо аналог во Всемирной истории я – историк по профессии! – даже не берусь. Во все времена и эпохи на всякую бесхозную Силу рано или поздно находился свой Хозяин. Даже непокорную сицилийскую мафию власти США в 1943 г. заставили «определиться политически» и впрягли в хомут Второй мировой войны (см., напр.: Lucky Luciano). А тут какие-то «алкоголики»…

Но, видимо, в том-то всё и дело, что они – «просто алкоголики», больные люди, с которых и взять особенно нечего, а попробуешь что-то взять – отвернутся и разбегутся молчком, как тараканы, по своим гаражам и дачам, допивать дальше.

Примечательно, что в абсолютную бескорыстность АА/АН не верит никто, кроме некоторых Церквей, да и то не единодушно, а в лице какой-то части их представителей, причём, скорее всего, наименее образованной части. В России это, в основном, некоторая часть священнослужителей РПЦ, в США – некоторые епископы методистской церкви. (Для справки: Методистская церковь, или методистская деноминация (т.е. религиозная организация, признаваемая другими имеющими государственный масштаб церковными организациями) – объединение не маленькое: «по состоянию на 2005 год к методистам принадлежало около 75 млн. человек более чем в 130 странах мира». Крупнейшее из подразделений этой деноминации, Объединённая методистская церковь США, охватывала в 2016 г. более 7.5 млн. американцев – см.: Методизм ).

Они потому и поверили (а поверив – прокляли!), что многовековым религиозным инстинктом почуяли в Содружествах анонимных алкоголиков и наркоманов дух ранних христианских общин и оценили силу их бескорыстия. Теперь они видят в них соперников в нравственно великом деле отвращения армии алкоголиков и наркоманов от губительного порока. И в этом АА/АН действительно соперники церкви.

Но только в этом и ни в чём другом.

Сказанное выше возвращает нас к самому первому размышлению о религиозных корнях движения АА, и тем самым приводит к следующему размышлению, границы которого можно обозначить уже не раз задаваемым на страницах печатных работ и на сайтах Интернета вопросом:

Размышление №5. Можно ли считать АА религиозной сектой?

Строго говоря, нельзя, разве что только в переносном неодобрительном смысле, как «группу лиц, замкнувшихся в своих мелких, узких интересах» (Ожегов С.И.) Само слово «секта» восходит к латинскому глаголу seco («резать, вырезать»; отсюда слово «сектор» – «вырезанная» часть круга, и слово «секс» – русск. «пол», т.е. «половина», подразумевающее «отрезанную половину» человеческого вида, в данном случае – мужскую или женскую). В религиозной литературе под «сектой» понимается «организованное общество людей, разномыслящих с господствующей церковью, но согласных друг с другом в религиозном отношении» (см.: Мелиоранский, 1907), т.е. некое ограниченное сообщество людей, верующих в то же, что и окружающее большинство, но с допущением таких элементов веры, которое это большинство не приемлет и осуждает.

Если АА это секта, то правомерен вопрос: где находится её «господствующая церковь», от которой она некогда отпала? Среди самих анонимных алкоголиков есть верующие представители абсолютно всех господствующих религий тех стран, в которых имеются содружества АА, и эти люди продолжают оставаться верующими. В России это в основном православные христиане и мусульмане, участвующие в движении АА с одобрения своих Церквей (см.: Игум.Иона, 2015; Правмир, 2009; Письмо СМ, 2008). В США это католики, православные, мусульмане и протестанты разных направлений (см.: БК). Основатели Содружества АА были и всегда оставались правоверными христианами-евангелистами, как и их религиозный учитель и покровитель Ф.Бахман (Buchman, 2014). Формально, «Оксфордская группа» была лишь одной из евангелистских организаций, каких было много и в США, и в Европе, и она имела общий с ними Символ Веры, не подпадающий под определение «ереси» или «секты» даже с точки зрения самого пристрастного Церковного суда.

Но АА даже изначально не были религиозной организацией. Их главной целью было лечение больных алкоголизмом, а не познание Бога, поэтому они использовали религиозные обряды и ритуалы евангелической церкви как наиболее подходящие приёмы терапевтической практики. Эти приёмы позволено было оспаривать, модифицировать, заменять на другие, или даже отбрасывать, если они оказываются неподходящими для каких выделенных групп больных (что, наверное, и случилось в России ок.2001 г.), и в рамках движения АА/АН они вовсе не рассматривались как нечто «священное». Такой подход при желании можно назвать «кощунством», но уж никак не «сектантством».

Другое дело, что сама история Сообщества АА/АН, если её рассматривать с точки зрения взаимоотношений их с Церковью, имеет много точек соприкосновения с историей раннехристианских общин в еврейской диаспоре в аспекте их взаимоотношений с синагогами в I-IV вв.н.э. Здесь историк найдёт полный набор аналогий, и я приведу только некоторые.

Почти все первые христиане были евреями, проживающими на территории Римской Империи в общинах еврейской диаспоры, которые всегда группировались вокруг ближайших синагог. АА/АН в современных многонациональных обществах так же тяготеют к близлежащим храмам и зачастую пользуются их гостеприимством для проведения своих собраний (Игум.Иона, 2015).

Ниже приведён небольшой перечень цитат, вкратце описывающих то, как сторонними наблюдателями воспринимались а) первые христиане на фоне синагог и б) сообщества АА/АН на фоне современных храмов:

И это не просто первое впечатление стороннего наблюдателя. Когда в США и других странах стали возникать новые Анонимные Сообщества, не относящиеся к АА/АН, но разделяющие их принципы (игрозависимые, трудоголики, клептоманы, переедающие, сексоманы, эмоционалы и пр. – см.: 12 шагов вне АА, 2014; Сун, 2016), и они стали приспосабливать программу «12 шагов» к своим специфическим проблемам и недомоганиям, в их среде стали возникать такие умонастроения и фантазии, что под навеянными ими текстами вряд ли подписался бы какой-либо здравомыслящий анонимный алкоголик или наркоман. Вот, например, фрагмент приветственного письма Содружеству Анонимных Эмоционалов (АЭ), от доктора М.Дж.Веглейтнера из Эль Пасо, штат Техас, США (для справки: Общество АЭ было образовано в 1971 г. – М.К.):

«Я совершенно уверен, что принципы выздоровления по программе Двенадцати Шагов, основанной Биллом Уилсоном и доктором Бобом, имеют божественное происхождение. Мне кажется, что эти люди были вдохновлены на создание Двенадцати Шагов каким-то чудесным способом (похожим на тот, которым пришло вдохновение к авторам Библии) (АЭ_Письмо врача, 2002).

Видимо, один из главных принципов АА «Возьми то, что тебе помогает, а остальное отбрось» (БК, 1939-2011) действует далеко не во всех случаях, и в приведённом письме хорошо заметны следы мыслей упомянутого Ф.Бахмана, пытавшегося в своё время создать из группы своих прихожан в Оксфорде некое подобие первой христианской общины апостолов (см. выше «Размышление №1»). И таких «родимых пятен» в учении АА обнаруживается много (см., напр.: Dunning, 2014; Цукерман, 2014). Наиболее полный их свод составил в 1997 г. один из самых непримиримых критиков программных установок АА, известный общественный деятель и основатель журнала «Рациональное выздоровление», Дж.Тримпи.

Ниже я рассмотрю ряд выдержек из его основной критической статьи, выделив их курсивом и сопроводив (там, где мне это показалось нужным) своими комментариями, и всё это обозначу как:

Размышление №6. Критика 12-шаговой программы «рациональным алкоголиком» Джеком Тримпи (1997)

Свои инвективы, направленные против 12-шаговой программы АА/АН, Дж.Тримпи, – прекрасный стилист! – сгруппировал в 17 параграфов, оформленных как пункты судебной обвинительной речи:

Пункт 1: Религиозная ориентация, вера в сверхъестественное. «АА…используют специальную Библию, написанную специально для алкоголиков… По крайней мере, одна методистская церковь выступила против…»

Это – серьёзное обвинение, поскольку никакая Церковь никогда не выступит против какой-либо мирской организации, если не увидит в ней прямого соперника в руководстве душами и умами своей паствы. А это может произойти только в том случае, если служители Церкви будут иметь на руках неоспоримые доказательства тому, что та часть паствы, которая стала погружаться в дела этой мирской организации, стала одновременно отходить от Церкви, т.е. утрачивать веру в Бога, «как Его понимают служители этой Церкви».

Пункт 2: Иррациональность, ригидность, анти-интеллектуальность. «Согласно адептам “АА”, учение “АА” всегда правильно в том виде, в каком оно было написано. Никто не может говорить о непоследовательности учения “АА”, и групповое взаимодействие строится таким образом, чтобы охранять его от критики».

Со многим в этом высказывании можно согласиться, но на каком основании следует считать подобную установку непременным атрибутом только религиозного сектантства и «анти-интеллектуальности»? Тогда мы будем обязаны отнести к «сектантам» даже некоторые научные сообщества, которые были основаны учёными, как, например, пифагорейское братство VI-V вв.до н.э., «устроенное наподобие монашеского ордена» (Корш, 1894), или же научный семинар, организованный в нач.1920-х гг. выдающимся британским этнографом Б.К.Малиновским (1884-1942), в рамках которого не допускались абсолютно никакие критические высказывания ни в адрес концепции функционализма в антропологии, ни в адрес личности самого Учителя. Такой откровенный авторитаризм Б.К.Малиновского вызывал постоянные насмешки и критику со стороны его британских коллег, которые, тем не менее, никогда не ставили под сомнение огромную научную значимость и компетентность этого учёного (см., напр.: Никишенков, 2008).

Пункт 3: Харизматический лидер. «Мало кто станет оспаривать факт, что второй основатель «АА» Билл У. стал почитаемым в народе «святым», кумиром, боготворимым в 12-шаговом сообществе. Его дом превратился в место паломничества, а его личные вещи – в священные предметы».

Харизматических лидеров, причём таких, которые не имели ни малейшего отношения к религии, но личные вещи которых хранились после их смерти в качестве реликвий, в истории человечества было немало: достаточно вспомнить многочисленные «дома-музеи», существующие во многих городах, где жили знаменитые поэты, художники, композиторы и врачи, и которые ныне являются «местами паломничества» их поклонников (напр.: музей «Домик М.Ю.Лермонтова» в Пятигорске или мемориальный музей-усадьба Н.И.Пирогова в Виннице, где даже можно видеть забальзамированные останки великого хирурга).

Пункт 4: Иерархическая авторитарная структура. «…Существует другой более высокий уровень организации АА…»

Кое-где, пожалуй, уже существует, или, по крайней мере, он активно формируется. Во всяком случае, «Информационный листок Питерского АА от 04.04.2014, случайно попавший мне на глаза, обнаруживает все признаки крепнущей бюрократической структуры. В нём содержится информация о происходящих в аппарате склоках, о захвате помещений и кассы АА какой-то фракцией несогласных с основной линией политики АА, о бойкоте этой фракцией XXIV (майской) Конференции АА России и попытке параллельного созыва собственной отдельной конференции, о незаконном получении прибылей от издания какой-то печатной продукции, и т.п. – в общем, полный набор всех тех дрязг и интриг, которые всегда сопровождали рождение новых радикальных революционных партий. Можно думать, что такая же картина наблюдалась и в первых дохристианских и раннехристианских соперничавших между собой общинах по мере их умножения и роста (иоанниты, христиане, ариане и пр.), но от того времени почти не сохранилось аутентичных письменных источников.

«Его члены, защищаясь анонимностью и выставляя себя в качестве экспертов, знающих проблемы зависимостей, проникают в федеральный и государственный бюрократический аппарат, где манипулируют социальной политикой и финансовыми структурами, воздействуя на систему социального обслуживания Америки».

В точности то же самое происходит в деятельности любой партии и любого общественного, идеологического или религиозного движения, по мере того как оно расширяется и его членами становятся представители всё более широких кругов общества. То же самое происходило, например, с христианским движением в последние века существования Римской империи, когда многие ключевые посты в управлении Империей заняли христиане, и почти то же происходило в СССР, в последние годы его существования, когда многие высокие должности в советской Империи оказались в руках либералов и демократов.

Пункт 5: Подавление индивидуальности «Божьей Волей». «Прекратить пить недостаточно, чтобы удовлетворить требования 12-ти шаговой программы. Нужно принять «бога АА», «Высшую Силу» в качестве своего личного спасителя».

АА утверждают нечто иное, причём прямо противоположное: «нужно принять Бога или какую-либо Высшую Силу, чтобы бросить пить (выделено мной – М.К.)». Впрочем, они также утверждают, чтодного этого недостаточно и что необходимо выполнять и остальные требования 12-шаговой программы. А проведённые в этом же разделе статьи её автором параллели между АА и авторитарными американскими сектами Джима Джонса, Дэвида Кореша и «Вратами Рая» неуместны по одной причине: в названных сектах, как и во всех вообще исторически известных сектах, участвовали и участвуют только «здоровые люди», тогда как все без исключения члены сообщества АА это – «больные люди», алкоголики. С другой стороны, не существует и никогда не существовало такой религиозной секты, последователи которой считали бы себя «сектантами». Напротив, именно сектанты во все времена полагали и полагают себя сторонниками «веры», причём – в отличие от их оппонентов – единственно правильной веры. При этом, каждая такая «секта» стремится стать не просто «верой» и не только верой общепризнанной, но и верой «единственной», к которой рано или поздно придёт всё остальное человечество. Для любого «анонимного алкоголика» сама мысль об этом – абсурдна, потому что с необходимостью требует допустить высшей целью сообщества АА превращение в алкоголиков всего населения Земли. Анонимные алкоголики – не секта, именно потому, что они «алкоголики». Может ли кто-нибудь из читателей вообразить существование «секты рыжих», или «секты одноногих», да ещё с претензией на мировое духовное и идеологическое господство? Почти любой анонимный алкоголик в ответ на эту претензию задаст вопрос: «А кому мы нужны, кроме нас самих?!»

Пункт 6: Догматизм, исключительное право на истину в последней инстанции. «Все, кто пытался выступить против доктрины «АА» во время собраний, быстро выясняли, что они неправы, и что «шаги» абсолютно верны, а поддержка оппозиционных убеждений равносильна смертному приговору».

Она равносильна вовсе не «смертному приговору», а просто констатации того факта, что какие-то идеи Общества АА кого-то не устраивают, и он намерен из него выйти. Члены АА действительно крайне консервативны и ничего не желают менять ни в своих взглядах, ни в методах лечения своей болезни. В этом смысле они действительно «догматики», но считать их на этом основании «сектантами» оснований не больше, чем называть сектантами членов какого-нибудь английского клуба «по интересам», потому что и там действует тот же принцип: «Не нравится – уходи». И общества АА действительно покидает много новичков: в России «из пришедших 100 человек надолго в АА остаются около 10» (Архив АА, 2017), а по другим данным, остаются только 2-3 чел. из 100 (Игонин, 2007, с.57)».

Пункт 7: Сепаратизм. «Ни одна секта так не преуспела в наделении своих членов отличительными особенностями, как «АА». Даже секта «Врата Рая», требовавшая ношения униформы и кастрации, не смогла заручиться достаточной поддержкой ученой общественности, чтобы защитить странную концепцию НЛО-спасителя, спрятанного в хвосте кометы Хейл-Боппа».

Эти два предложения содержат одну ложь и одну нелепость.

Ложь в том, что члены сообщества АА якобы имеют какие-то отличительные особенности, тогда как они не имеют даже членских билетов и значков, не говоря уже о такой экстремальной атрибутике, как добровольно нанесённые себе увечья.

Нелепость же заключается в том, что автор, по-видимому, полагает, что достаточно надеть на себя униформу и обрезать гениталии, чтобы «ученая общественность» поверила твоим научным гипотезам? Плохо же он учёных знает!

Пункт 8: Исключительность (единственный путь ко спасению). «В “писаниях” АА нет прямых упоминаний о загробной жизни, зато имеются рассуждения о высшем состоянии бытия, наподобие рая или нирваны – спокойствии… Спокойствие достигается старательной проработкой шагов, которая ведет к духовному пробуждению, невыразимо прекрасному, вдохновенному опыту религиозного преображения. …Спокойствие священно; оно возвышается над религиозным опытом традиционных иерархических религий».

В 4-м (двуязычном) русском издании главной книги АА (АА, 2013) слово «спокойствие» (serenity) действительно встречается часто: и как обозначение главной жизненной установки (с.61, 291, 523), и как синоним счастья и душевного покоя (с.249, 273, 329), и даже несколько раз как ключевое слово из молитвы выздоравливающих алкоголиков: ««Дай нам спокойствие принять то, что мы не в силах изменить, мужество изменить то, что можем изменить, и мудрость отличить одно от другого» (“Grant us the serenity to accept the things we cannot change, courage to change the things we can, and the wisdom to know the difference.” – (с.341, 383, 397, 399).

Но вот что примечательно: во всех местах этой книги под словом «спокойствие» всегда подразумевается одно и то же – избавление от «беспокойства» (worry), под которым понимаются «угрызения совести и мрачные мысли» (remorse and morbid reflection), вызванные потреблением алкоголя (с.334, 335), и от которых алкоголик может избавиться либо с помощью того же алкоголя (с.147), либо с помощью сообщества АА (с.148). Здесь все его мысли и чувства намотаны на один клубок.

У Экзюпери Маленький Принц спрашивает Пьяницу: «Почему ты пьёшь?» Тот отвечает: «Пью, чтобы забыть, что мне стыдно». «А почему тебе стыдно?» «Стыдно, что я пью»

Дж.Тримпи как будто намеренно старается забыть, что пишет он о больных и измученных людях, для которых религиозные вопросы важны лишь постольку поскольку они помогают им бросить пить. Это звучит несколько цинично, но не в большей мере, чем расхожая русская поговорка: «Не до жиру – быть бы живу».

Одна из минских журналисток, впервые побывавшая на собрании АА по заданию редакции и оценившая увиденное в целом отрицательно, всё же была вынуждена признать, что «…такой вариант подойдет тем, кто реально опустился на дно. Кто не просто выпивал по схеме «коктейль+шот» на Зыбицкой по пятницам, а продавал машину ради выпивки, потерял семью, просил милостыню под магазином. Только через такую задницу люди реально что-то понимают» (Перова, 2016).

Пункт 9: Самопогружённость (главной является секта как таковая).

«Никто не способен воздерживаться от спиртного или избавиться от отчаяния самостоятельно, единственный благодетель – это АА или Бог, а единственно правильное отношение – это благодарность»… «АА преподносит себя как нечто жизненно необходимое: “без АА мы все погибнем”.»

Под последним высказыванием действительно могли бы подписаться очень многие (если не все) выздоравливающие в обществах АА/АН алкоголики и наркоманы, потому что сохранить трезвость в одиночку очень трудно. Хотя я предпочёл бы менее категоричную формулировку, заменив слова «мы все» на «многие из нас» («…без АА многие из нас погибнут»). Она представляется мне более корректной прежде всего потому, что принципиально проверяема и может быть подвергнута количественной оценке. Пример такой оценки можно найти в некоторых научных работах; например, в диссертации московского психотерапевта В.В.Батищева (2002). В ней исследовались истории болезни 707 мужчин-алкоголиков разных возрастов, прошедших полный (6-месячный) курс лечения в психотерапевтическом отделении одной из московских наркологических больниц. Весь этот массив был поделён на 4 пересекающиеся группы: тех, кто сохранил или не сохранил трезвость после выписки на достаточно долгий срок, и на тех, кто после выписки посещал или не посещал собрания АА. Результаты оказались весьма наглядными и в некоторых отношениях поучительными: из тех 193 реабилитантов, которые оставались после выписки трезвыми в течение 24 месяцев и более, посещали собрания АА – 175 чел. или 90,1%, а не посещали собрания АА – 18 чел. или 9,9% (Батищев, 2002, с.19).

Иными словами, алкоголик, прошедший полугодовой курс лечения в Реабилитационном Центре и регулярно посещающий собрания АА, почти в 10 раз увеличивает свои шансы оставаться трезвым на срок до 2 лет и более. Для вконец отчаявшегося человека, какими обычно и бывают приходящие в АА и АН, это очень хорошие шансы.

Процитированного Дж.Тримпи высказывания о том, что вне содружества АА алкоголика ждёт только гибель, в основных работах АА мне отыскать не удалось (см., напр.: 12 шагов; БК, 1939-2011; Горский_Понимание; Горский_Путь выздоровления). В литературе АА часто можно встретить ссылку на мысль о том, что выздоравливающему алкоголику «нужны другие алкоголики, чтобы оставаться трезвым» (напр.: БК, 1939-2011), но здесь это означает нечто совсем иное.

Пункт 10: Экономическая эксплуатация. В этом параграфе приведён только один факт, впрочем, без ссылки на его источник:

«АА само установило рекомендуемую сумму, которую члены общества могут вносить на собраниях (в 1990 г. она составляла не более 500 долларов в год)».

Весь остальной текст составлен из довольно смутных намёков о наличии какой-то «неразрывной связи» между группами АА и наркологическими лечебными центрами, о кредитах и ипотеках, которыми опутаны семьи алкоголиков, о том, что в каком-то «одном из многочисленных территориальных округов АА сумма, перечисленная в АА за 1989 год, потянула на 11 миллионов долларов» и т.п., – но при этом не приведено ни одного факта наличия какой-либо «эксплуатации» выздоравливающих алкоголиков, и его содержание нельзя подвести даже под рубрику «общие рассуждения».

Пункт 11: Собственничество. АА идут на всё, чтобы удержать своих членов.

Параграф открывается цитатой какого-то телеведущего из США, который однажды заметил, что «АА проявляет собственнический инстинкт в отношении любого человека, который слишком много пьет».

Хотелось бы знать, «на что именно» АА идут или готовы пойти для осуществления своих «собственнических инстинктов»? Киднэппинг? Угрозы физической расправы? Дж.Тримпи приводит в статье только один, да и то маловразумительный и вполне анекдотический, рассказ о каком-то анонимном алкоголике, который однажды целый вечер донимал его телефонными звонками, в которых жаловался на каких-то алкоголиков из АА, которые ищут его и тоже донимают телефонными звонками, да ещё хотят приехать к нему лично. На вопрос «не нужно ли вызвать полицию?» этот чудак ответил: «Бесполезно. Я не смогу им перечить, когда они окажутся здесь», – и бросил трубку».

Душераздирающая история… Впрочем, подоплёка её видна здесь как на ладони, и заключается она в том, что какой-то несчастный алкоголик, какое-то время посещавший местную группу АА, вдруг захотел выпить или уже выпил; растревожил членов группы тем, что начисто пропал с их горизонта; сам чувствует, что делает что-то не то и прячется от них, боясь вовсе не их (да и чем они его могут напугать?) – а угрызений собственной совести, и потому звонит совершенно незнакомому человеку, о котором знает лишь одно, что он – Дж.Тримпи, известный в стране человек и враг всех АА на планете.

Либо Дж.Тримпи совершенно утратил чувство юмора, либо его неприязнь к АА зашла так далеко, что он сам стал её жертвой – одним из тех несчастных «конспирологов», которым всюду мерещатся «заговоры и происки» .

Человек, обладающий чувством юмора и склонностью к метафорам, мог бы добавить, что «работники автомоек проявляют собственнический инстинкт в отношении любого человека, который имеет автомобиль», или что «врачи-стоматологи проявляют такой же инстинкт в отношении всех людей с больными зубами», и т.д., и т.п., – и в этом было бы больше правды, поскольку автомойщики и дантисты хоть что-то зарабатывают на своих клиентах и пациентах, тогда как выздоравливающие алкоголики имеют от приходящих к ним новых членов в лучшем случае несколько сотен рублей в месяц на оплату коллективно снимаемого помещения для общих собраний, да на печенье к чаю, – и ничего более.

Пункт 12: Использование методик контроля сознания. Запугивание.

«…В некоторых сектах тем, кто их покидает, вслед посылаются проклятия и предвещания божьего или кармического наказания. АА обещает отщепенцам ад на земле в виде либо неизбежного пьянства, либо болезни, которую они именуют “сухим пьянством”».

И правильно делают, что обещают, потому что «покидающих АА» действительно ожидает пьянство, хотя и не «неизбежное», но с вероятностью в 90%, что уже представляет немалую опасность (см. мой комментарий к п.9). Принимая такое ответственное перед самим собой решение, как уход из АА, человек имеет право знать – и он должен знать – свои перспективы на будущее. АА поступали бы по-свински, если бы такого предупреждения не делали.

Несколько слов по поводу упомянутого в цитате «сухого пьянства» или «сухого алкоголизма». Звучит это зловеще, но расшифровывается очень просто (см. напр.: Горский_Понимание 6, 10, 11; Горский_Путь выздоровления). Дело в том, что бросивший пить может ещё долго сохранять свои старые привычки, рефлексы и вообще прошлый стиль жизни, унаследованный им от его алкогольного прошлого. Доходит до курьёзов, когда непьющий алкоголик вдруг с изумлением обнаруживает, что способен реально захмелеть в пьяной компании, даже не притрагиваясь к рюмке. Но ситуации мгновенно перестаёт быть курьёзной, когда он действительно берётся за рюмку.

«В организации встреч двустороннее общение запрещено; кто-то один имеет право “поделиться” чем-то с группой, при этом комментарии либо минимальны, либо вовсе отсутствуют. Одобрение или неодобрение выражается при помощи колких шуточек, либо невербально – жестами и т.д.»

Формат собраний АА/АН действительно регламентирован чрезвычайно жёстко, что раздражает порой не только новичков (автора этих строк это тоже раздражает), и здесь Дж.Тримпи в своей критике далеко не одинок. Эта жёсткость во многих случаях не имеет оснований и может быть оправдана лишь тем, что она всё-таки лучше того безобразия, в которое регулярно превращаются даже самые качественные talk-shows и почти все «круглые столы» на современном телевидении, где регламентация отсутствует совсем.

Сам стиль выступлений участников, принятый на собраниях АА/АН, непосвящённому человеку не может не казаться слишком наигранным и донельзя искусственным: «Добрый вечер! Я – Коля, наркоман», или «Я – Серёжа, алкоголик», или «Денис, химически зависимый» и т.п., – хотя ты с этим «Колей» давно знаком и всего 10 минут назад пил с ним чай и раскладывал по блюдцам печенье. «Поприветствуем друг друга» (Аплодисменты). Но если вдуматься, он не более наигран, чем имеющий многовековую традицию стиль поведения тех же военных: «Товарищ капитан первого ранга, разрешите обратиться к товарищу капитан-лейтенанту!» – хотя ты их обоих знаешь по имени-отчеству и ещё вчера вечером пил с ними водку.

Это вполне обычные в человеческих коллективах ролевые игры, различающиеся только большей или меньшей степенью привычности. Для ребёнка, выросшего в атеистическом окружении, столь же странным покажется поведение священника и прихожан в церкви, которую он посетит впервые в жизни.

«Каждый трезвый анонимный алкоголик очень хорошо знает о том, что употребление алкоголя или наркотиков есть дело свободного выбора, а самоизлечение – не только возможное, но и весьма типичное явление».

Но в АА и приходят как раз те алкоголики, которые поняли, что окончательно потеряли какую бы то ни было «свободу выбора» в своих постуаках и для которых оказались «невозможными» какие бы то ни было варианты самоизлечения в одиночку.

Пункт 13. Закрытая, непроницаемая среда. «Мы ежедневно слышим рассказы людей об их пребывании в лечебных центрах, где их лишали любого чтения за исключением АА-литературы, общения с семьей или друзьями, возможностью пользоваться телефоном».

Здесь, вероятно, речь идёт о наркодиспансерах и реабилитационных центрах в США, потому что в России, насколько я могу судить из собственного опыта, картина прямо противоположная: здесь такие «лечебные центры» обеспечены довольно неплохими библиотеками с наборами книг на любой вкус, но именно АА/АН-литература в них отсутствует полностью, так что с ней зачастую приходится знакомиться только по фрагментарным распечаткам, которые время от времени делают для учебных целей местные соцработники.

Общение с внешним миром, в том числе с близкими и родственниками, действительно сведено к минимуму (в моём случае – 1 раз в неделю), но причина этому заключается именно в самих этих «близких и родственниках». Коротко говоря, они действительно искренне желают, чтобы их непутёвый родственник стал трезвенником, но при этом хотят, чтобы по окончанию курса реабилитации к ним вернулся «тот же самый человек» – только не пьющий и не принимающий наркотики. А к ним возвращается кто-то совершенно другой, с другими манерами, поведением и реакциями. Если курс реабилитации был достаточно продолжительным, он за это время успевает избавиться и от таких черт своего характера, которые близкие всегда считали органически присущими его личности, – его нерешительность и боязливость, иногда вперемешку с безрассудной храбростью и самоуверенностью, его чрезмерную покладистость, перемежаемую вспышками внезапного упрямства, его вспыльчивость, быстро переходящая в полную апатию, и т.д. Они привыкли видеть его таким и только таким, и им никогда не приходила в голову мысль, что эти черты – не более чем следствие его алкоголизма или наркомании. Лишённый этих черт характера, он для них неузнаваем (об этом также см.: Размышление №4). Поэтому при контактах выздоравливающего с его родственниками часто складывается совершенно бредовая ситуация – саботирование родственниками процесса выздоровления (см., напр.: Сун, 2016). Постороннему человеку сама мысль об этом может показаться абсурдной, но это – многократно проверенный факт, хорошо известный любому наркологу-психотерапевту, который вообще воспринимает его как неустранимую беду своей профессии и довольно тоскливую рутину.

Пункт 14: Методики вовлечения с помощью обмана (обман, притворство). «Первая Традиция… ставит ценности общего благополучия группы над всеми ее зависимыми членами».

Буквально в тексте 1-й традиции сказано следующее: «Наше общее благополучие должно стоять на первом месте; личное выздоровление зависит от единства АА».

Эта инвектива Дж.Тримпи мне совершенно непонятна, может быть, потому что я не англосакс, а русский? Замените в этом пункте аббревиатуру «АА» на слово «коллектив», а слово «выздоровление» на любое другое позитивное определение по контексту («удовольствие», «процветание», «победа», «успех», «защищённость»), – и оно будет применимо к любому коллективу на добровольной основе, – будь то клуб по интересам, акционерное общество, футбольная команда, исследовательская группа в НИИ и даже дворовая шайка пацанов, живущих на самом краешке Уголовного кодекса. У всех перечисленных групп разные цели, но условие достижения этих целей у всех одно, и заключается оно в сохранении единства коллектива. Если это единство испарится, то клуб распадётся, АО разорится, футбольная команда проиграет матч, научная группа провалит проект, а пацанов сгонит со двора какая-нибудь другая, более сплочённая, шайка. Добавлю к этому, что АА тогда разойдутся по своим домам, и трезвым из них останется только один из десяти (см.мой комментарий к п.9)

Далее Дж.Тримпи пишет:

«Самое опасное то, что «шаги» не содержат даже и намека на то, чтобы научить человека бросить пить и научиться воздерживаться. Они лишь дают инструкции, как перестать пытаться бросить пить и переложить ответственность за это на секту и ее придворное божество – некую Высшую Силу, кто как ее понимает».

АА действительно искренне верят, что регулярное общение алкоголиков между собой в группах выздоровления полезно само по себе, и что только одно оно помогает им бросить пить и оставаться трезвыми. Над вопросом, «почему» это помогает, они даже не задумываются, – просто это помогает, вот они и ходят в группы АА. Задумываться над этим вопросом они предоставляют специалистам.

А вот и вывод специалистов – экспертов из «Кокрейновского сотрудничества», наиболее авторитетной в системе мирового здравоохранения организации, изучающей эффективность медицинских технологий (Cochrane Collaboration):

«Сообщества AA способны помочь больному принять и продолжить курс лечения лучше, чем [это делают] альтернативные модели лечения» (См.: Ferri et al, 2006).

Впрочем, при этом они делают два осторожных уточнения:

1) «…для того, чтобы считать этот вывод окончательным, одного небольшого исследования… всё же недостаточно»; и

2) «В исследованиях других групп были получены сходные показатели удержания» (здесь под “удержанием” понимается срок, на который пациент согласен продолжить лечение по предложенной ему методике – М.К.)

Далее мы более подробно рассмотрим эти и другие экспертные оценки, но из уже приведённых можно сделать два важных вывода:

1. Групповое лечение в любом случае если не эффективнее, то, во всяком случае, продолжительнее и надёжнее индивидуального.

2. Эффективность групповой терапии не зависит от того, основана она на 12-шаговой методике или нет (курсив мой – М.К.)

Но Дж.Тримпи сторонник совершенно иной точки зрения, и в качестве альтернативы АА он предлагает собственный подход («Рациональное выздоровление») и свою методику (так наз. «Технику распознавания голоса зависимости»), которые мы на следующих страницах рассмотрим более подробно, здесь же ограничимся одним пояснением: по мнению некоторых наркологов-психотерапевтов, эта методика является вариантом более ранней, разработанной ещё в 1970-е гг., «когнитивно-бихевиоральной» или «рационально-эмотивной терапии», и разница между ними заключается лишь в том, что один подход охотно допускает, а другой решительно исключает какую бы то ни было групповую взаимопомощь пациентов. (см., напр.: Интеграция, 2007; Принципы 12 шагов, 2007; Традиции 12 шагов, 2019; см. также мнение по этому поводу самих выздоравливающих алкоголиков: Vesvalo 08.03.2013, «Багира2»; «Бомж-вредитель»).

Согласно неколебимому убеждению Дж.Тримпи, больной должен лечить себя только сам, используя предлагаемые ему наборы технических приёмов и процедур (напр.: Избавление, 1997).

Пункт 15. Манипуляция с использованием чувства вины. «Есть одна тревожная закономерность: люди, которые провели много тяжелых лет и даже десятилетий в круговращении рецидивов и воздержаний, не хотят как бы то ни было критиковать АА и даже признаться в том, что они были одурачены 12-ти шаговым учением».

Таких бедолаг остаётся только пожалеть, но мне видится некий логический вывих в том, чтобы отрицать какую бы то ни было модель терапии только за то, что она не гарантирует стопроцентного излечения. Я критиковал и всегда буду критиковать активистов АА/АН за многие изъяны в их методике, включая наплевательское отношение к статистике, из-за чего оказывается невозможным оценить эффективность их деятельности. Но даже исходя из самых общих соображений можно полагать что она не достигает (и не может достигнуть в принципе) стопроцентной отметки. Тем не менее, требовать от них самооплёвывания за каждую неудачу в их деле, – это тоже совершеннейшая нелепость.

Пункт 16. Эсхатологизм (в оригинале Millenarianism. – Уточнение переводчика).

Вопреки заголовку, в этом пункте вообще ничего не говорится ни о всеобщем «Конце Света», ни даже о «Компьютерном Апокалипсисе», возможность наступления которого в 2000 году бурно обсуждалась в СМИ в конце 1990‑х гг., когда Дж.Тримпи писал свою статью. Сказано только, что в рамках движения АА якобы существует некая «фракция, которая верит в то, что Билл Уилсон был воплотившимся Христом», но без указания имён и ссылок на источники, т.е. этот пункт представляет голословное утверждение.

Пункт 17. Насилие и притеснение. «Направление в АА по решению суда – это самое настоящее насилие, ведь порядок в суде поддерживаются с помощью оружия».

А вот с это обвинением не поспоришь, потому что это – действительно насилие. Причём, насилие не только и не столько над подсудимым (для него такое решение суда всё же предпочтительнее заключения в тюремную камеру), это насилие над главным принципом АА/АН – принципом добровольности. Сама фраза «принудительное посещение АА/АН» звучит парадоксально, как «жареный лёд». И какой от такого лечения может быть толк?

В России подобную «принудительную доставку» практикуют, кроме судебных органов, ещё и многие коммерческие «мотивационные центры». Но их отморозкам, умилённо воркующим свои сказки про то, как их пациенты при выписке плачут благодарными слезами и чуть ли не руки им целуют, я никогда не верил и не поверю. Случаи проявления таких чувств к своим «мотиваторам» могут быть лишь формой пост-травматического «Стокгольмского синдрома», давно и хорошо известного психотерапевтам, которым когда-либо приходилось восстанавливать сломанную психику вчерашних заложников, побывавших в плену бандитов или политических террористов. Как не старается персонал этих центров придать своим физиономиям на рекламных фотографиях в Интернете возможно более благообразный вид, всё равно сквозь него наружу вылезает волчья харя. («Почему, бабушка, у тебя такие большие зубки?») И они ещё смеют размахивать перед носом у журналистов брошюрами с текстами «12 шагов» и «12 традиций»!

Это же надо додуматься: «Принудительная доставка в группу АА»! Доктор Боб, наверное, в гробу переворачивается.

«Предостережение типа: “Если ты не сделаешь (того-то и того-то), то непременно выпьешь” – основной постулат группового движения… Жестокая ирония заключается в том, что когда подобное предсказание принимается на веру, а после сбывается, ни для кого не остается сомнений в том, что пьянство явилось результатом отхода человека от программы 12 шагов. Если же человек строго придерживается программы и все же пьет, то это – просто срыв».

В этом высказывании я вижу некоторую натяжку. Каждый из знакомых мне выздоравливающих алкоголиков, которому когда-либо случались пережить срыв, точно помнит на каком из 12 шагов он остановился, когда перестал посещать собрания АА/АН и через сколько месяцев (или лет) после этого он сорвался, и все они называли свой срыв только «срывом», а не как-нибудь иначе. А таких, которые утверждали бы, что он «строго придерживался программы и все же запил», я просто ни разу не видел. Впрочем, Дж.Тримпи описывает положение дел только у алкоголиков США; там такое различие, возможно, и существует, хотя я в этом тоже сильно сомневаюсь.

То, что Дж.Тримпи в этом пункте пишет о консультантах (соцработниках), очевидно, отражает специфику тоже сугубо американских реалий, и комментировать его критические замечания по этому вопросу я не могу. Замечу только, что если соцработники в Реабилитационных центрах США действительно таковы, какими он их описывает, то я не хотел бы там выздоравливать.

Подводя итог приведённым здесь комментариям, не могу не заметить, что работа Дж.Тримпи у меня лично вызвала ощущение некой «антирекламы», где один коммерсант пытается опорочить продукцию другого, но при этом старается сохранить видимость некой «научной объективности», что ему не очень удаётся. Примечательно, что точно такое же впечатление произвела его статья и на самых активных участников интернет-форума выздоравливающих алкоголиков “Vesvalo” (см., напр.: 08.03.2013, «Багира2»).

Самая большая логическая прореха в его критике заключается в том, что все выдвигаемые автором инвективы против АА в равной мере применимы к любому коллективу, организованному на добровольной основе: к спортивной команде и к клубам их болельщиков, к любому вообще клубу по интересам, а также к любой научно-исследовательской группе, к ватаге подростков из одного двора, и даже к воровской шайке. Они же применимы к любой религиозной общине или секте. Из всей этой россыпи аналогов Дж.Тримпи выбрал только один – сообщество АА и навесил на него самый одиозный ярлык – религиозной секты. Причина этого выбора, мне кажется, лежит на поверхности.

Думается, в данном случае сама причина столь резкой критики АА/АН со стороны Дж.Тримпи заключается в том, что основанное им движение «Рациональное выздоровление» (РВ) и сообщество АА заняты общим делом – отловом заблудших душ алкоголиков, – и они оба занимают на этом поприще одну и ту же социальную нишу. Им в ней тесно, особенно РВ, которое возникло на полвека позже АА. Так всегда бывает тесно любой вновь образованной и быстро растущей коммерческой компании, если её рынок уже занят каким-то другим гигантом. Так же тесно было рождаться компании Pepsi-Cola рядом с уже существовавшей Coca-Cola, а компании Apple на фоне IBM.

В заключение следует заметить, что рассмотренная здесь статья Дж.Тримпи, хотя и является на сегодняшний день наиболее полным сводом обвинений, выдвигаемых против движения АА/АН и их 12-шаговой программы, всё же не исчерпывает до конца эту тему. Критические обзоры идеологических оснований АА/АН и их практики в разное время делались и представителями Русской православной Церкви, некоторыми практикующими психиатрами и наркологами, а также – в более широком охвате – некоторыми теоретиками медицинской науки (см., напр.; Игум.Анатолий, 2007; Осипчук, 2005; Игонин, 2007). Существуют и более или менее развёрнутые ответы на эту критику (напр.: Злобин, 2017), а также критический анализ методики самого Дж.Тримпи, проведённый специалистами, работающими по методу той самой «рациональной» (когнитивной) психотерапии, из которой в своё время и выросло движение «Рационального выздоровления» (напр.: Принципы 12-ти шагов, 2007).

О том, что где-то существуют какие-то группы анонимных алкоголиков, знают многие, и не только алкоголики, и не только жители больших городов, – Интернет в последние годы раздвинул границы сферы СМИ до немыслимых пределов. Но о движении РВ не знает почти никто. Даже алкоголики и наркоманы из групп АА/АН с многолетним стажем, и даже соцработники в Реабилитационных Центрах удивлённо округляют глаза, когда узнают, что «кроме АА/АН» существуют ещё какие-то другие модели лечения зависимости.

Поэтому мне представляется здесь уместным немного поразмышлять и на эту тему. Но поскольку таких моделей существует много, здесь я затрону только те из них, информацию о которых чаще всего можно встретить в Интернете.

Размышление №7. Альтернативные модели лечения алкоголизма и наркомании: «Рациональное выздоровление» (РВ) Дж.Тримпи

Вводное примечание: Почти все ссылки на основные работы Дж.Тримпи взяты мною из обзорной статьи Риты Чейни (Chaney, 2015), из статей в англоязычной Википедии, а также из опубликованных описаний его методики, выложенных в Интернете им самим и его последователями. Поскольку его организация – коммерческая, оригиналы основных работ Дж.Тримпи мне не доступны ни в бумажной, ни в электронной форме. Впрочем, сказанное относится только к главным работам самого Дж.Тримпи, исключая, пожалуй, только одну, которая была переведена на русский язык, и которая была рассмотрена нами в «Размышлении №6» (Тримпи, 1997). Некоторые его статьи и заметки, а также тексты его довольно многочисленных последователей, как и обучающие программы по самолечению на основе его методики, напротив, представлены в Интернете почти в полном объёме, и они легко доступны (см., напр.: Избавление, 2010).

Движение РВ, как и движение АА, было основано в США, но гораздо позже – в 1985 г. (Trimpey J. & L., 2010; RR, 2019). Основателем его был Джек Тримпи, бывший тогда простым соцработником (консультантом) в одной из наркологических клиник в штате Калифорния, а в своём прошлом таким же многолетним алкоголиком, как и Роберт Смит, но, в отличие от последнего, бросившим пить самостоятельно (Shorkey, Uebel, 2009, с.759).

Подобно Р.Смиту, покинувшему в 1935 г. «группу Ф.Бахмана» в Оксфорде, Дж.Тримпи покинул в 1985 г. свою группу АА в Сакраменто и основал собственное сообщество «Рациональные системы выздоровления» (Rational Recovery Systems, Inc; далее – РВ), преследующее те же цели, что и АА/АН, но построенное на иных и во многом прямо противоположных основах (Shorkey, Uebel, 2009). Для избавления от алкоголизма он использовал несколько придуманных им самим приёмов и техник, и поставил своей целью научить этому всех других алкоголиков.

Им обоим повезло с жёнами: неизменной помощницей «Доктора Боба» до самой смерти была его жена Анна; постоянной и верной соратницей Джека Тримпи поныне остаётся его жена Луиза (Lois).

В его личности вдруг обнаружились незаурядные организаторские и литературные способности, огромный энтузиазм и немалый талант проповедника. К 1992 г. в США и за их пределами насчитывалось уже более 400 групп алкоголиков, выздоравливающих по программе, названной Дж.Тримпи ТРГЗ – «Техникой распознавания Голоса зависимости».

В 1992 г. Дж.Тримпи опубликовал книгу с вызывающим и отчасти провокационным названием «Малая Книга: Революционная альтернатива в преодолении наркотической и алкогольной зависимости» (Trimpey, 1995).

В 1993 г. он организовал издание периодического журнала «Рациональное выздоровление» (Journal of Rational Recovery), где часто публиковал свои или совместные с женой статьи и заметки, многие из которых доступны на сайтах Интернета (см., напр.: Trimpey, 2010).

Ещё через 3 года им была опубликована другая книга: «Рациональное выздоровление: Новое лечение химической зависимости» (Trimpey, 1996), ставшая у его последователей неким аналогом Большой Книги АА/АН.

В конце 1998 г. он окончательно отказывается от всех видов групповой терапии в лечении химической зависимости и публикует, пожалуй, самую скандальную свою работу «Оздоровительное групповое движение закрыто!», в которой от своего имени Президента и от имени своей жены, вице-президента Общества РВ, провозгласил буквально следующее:

«28 октября 1998 года Рациональное Выздоровление “отменило” оздоровительное групповое (выделено мной – М.К.) движение, рекомендуя людям, зависимым от алкоголя и других наркотиков, признать индивидуальную ответственность за пожизненную абстиненцию и отказаться от любых групп, предлагающих выздоровление от наркомании» (Тримпи & Тримпи, 1998).

Прокламация вызвала целую бурю возмущённых откликов со стороны как противников, так и сторонников движения РВ (см. там же на сайте).

1 января 1999 г. была закрыта Сеть Самопомощи Рационального Выздоровления (Rational Recovery Self-Help Network) в Интернете (там же).

Такова вкратце событийная канва в движении РВ. Теперь рассмотрим его содержательную сторону: что же Дж.Тримпи предлагает взамен 12-шаговой программы?

Пожалуй, он был первым, кто обратил внимание на то, существует довольно большой процент алкоголиков, бросивших пить раз и навсегда и сделавших это без посторонней помощи, и он задался вопросом: «какими приёмами они при этом пользовались и можно ли отыскать в этих приёмах нечто общее?» Исследование вопроса привело его к нескольким выводам:

1. Полное и окончательное избавление от тяги к алкоголю и наркотикам возможно только в одиночку; нельзя передоверять свой разум и волю никакому коллективу.

2. Избавление от зависимости это вовсе не «процесс», а «событие» (я буду трезвым «здесь и сейчас!»). Это – акт человеческой воли.

3. Чтобы стать трезвым, следует принять ответственность за свой алкоголизм и тягу к наркотикам на себя и впредь полагаться только на свои силы и разум, а не на некую Высшую Силу; нельзя передоверять свой разум и волю никакой внешней силе.

4. Нужно и можно научиться отделять своё Я от своей тяги к алкоголю или наркотикам, т.е. научиться распознавать свой «голос зависимости» («addictive voice») – как «не Мой голос», а некий абсолютно чуждый мне голос «Моего Животного». Для этого в программу было введено ключевое понятие «Зверя» (или «Животного», или «Чудовища» в разных переводах слова “The Beast”). Этот «Зверь» живёт внутри «каждого» человека, а не только алкоголика или наркомана, и именно Он порождает в наших душах самые яркие и потому самые животные чувства – страх, ярость, радость, похоть, и т.п. В этот перечень входит и самые примитивные формы гедонизма – стремления получить простое удовольствие, причём, не считаясь с ценой, потому что у «Зверя» отсутствуют даже минимальные представления о реалиях человеческой жизни. С этой точки зрения алкоголизм и наркомания – это не болезнь; любой алкоголик или наркоман это обычный человек, отличающийся от любого трезвенника только тем, что «Зверь», которого он носит в душе, «необычайно силён», и для его подавления требуются столь же сильные средства. Дж.Тримпи даже указывает место в человеческом мозге (впрочем, без указаний на свои источники), где этот «Зверь» обитает – в «среднем мозге», отделе стволовой части головного мозга, расположенном между промежуточным мозгом, варолиевым мостом и мозжечком (см., напр.: Средний мозг, 1978).

В общем, собственно «рациональные», т.е. собственно «научные» основания методики ТРГЗ в рамках «Рационального выздоровления» на этом исчерпываются и в таком их виде представляются весьма зыбкими, но это уже вопрос к специалистам.

Сама процедура освоения ТРГЗ предполагает 8 занятий по 90 минут каждое и заключается в чтении специально подобранных текстов и (или) просмотре видеорядов с последовательным «проживанием» тех чувств, которые эти тексты и видео вызывают. Полный курс освоения этой техники можно найти на следующих сайтах Интернета (Нарком-техника, 1996; Избавление, 2010; и др.). Почти каждая страница на сайтах группы «Нарком ТРГЗ» содержит ссылки на этот курс.

Эффективность ТРГЗ была проверена на 105 подопытных, которые «добровольно» пожелали отказаться от употребления алкоголя и наркотиков (далее – психоактивных веществ или ПАВ – М.К.), и которые в течение 17 месяцев работали по его методике. Результаты проверки приведены мною ниже в том виде, в каком они были опубликованы в российском Интернете, с небольшими стилистическими поправками, некоторыми моими замечаниями и моими же исправлениями некоторых (впрочем, небольших) погрешностей в вычислениях (цит.по: Избавление, 2010).

«Результаты:

Всего испытуемых – 105 чел.

Время работы испытуемых по методу ТРГЗ: с января 1997 по май 1998 – 17 месяцев (Не указано, как 8 полуторачасовых занятий распределялись на все эти 17 месяцев – М.К.)

Отсеялись ранее времени прохождения половины полного курса – 13 чел.

Осталось – 92 чел.

Оказался невозможным контакт в катамнезе – 8 чел.

Установлен контакт в катамнезе – 84 чел.

Полный отказ от ПАВ после прохождения курса – 55 чел. (65,5% без учёта отсеявшихся; с их учётом получается меньшее значение – 52,4% – М.К.)

Середина периода: сентябрь 1997 г., количество опрошенных – 58 чел. (В тексте не указано, по какому критерию они были отобраны – М.К.)

Характеристики исследуемых:

71% – мужчины, 29% – женщины.

Чистый алкоголь – 62%.

Уличные наркотики (производные кокаина, метамфетамины, героин, и пр.) – 24%.

Полинаркотическая зависимость (включая алкоголь) – 14%.

Проходили в прошлом 12-шаговую программу – 93% (курсив мой – М.К.)

Признали прохождение других видов терапии зависимости в прошлом – 26%.

Первые 8,5 месяцев – 58 испытуемых, 33 случая абстиненции (56,9%).

Вторые 8,5 месяцев – 34 испытуемых, 22 случая абстиненции (64,7%).

Никто из испытуемых, добившихся абстиненции после курса ТРГЗ, не посещал оздоровительных групп. Никому из испытуемых, добившихся абстиненции, не понадобилось профессиональное лечение зависимости».

Результаты (65,5% и даже 52,4%) действительно впечатляют, но, справедливости ради, следует заметить, что испытуемые весь указанный срок находились «в группе» (пусть даже не постоянно, а спорадически), поэтому, строго говоря, приведённые здесь статистические показатели оценивают всё-таки не «методику индивидуальной самопомощи», а «методику групповой взаимопомощи», что не отвечает требованиям, предъявляемым к методике ТРГЗ её автором, Дж.Тримпи.

Никаких других статистических оценок эффективности методики ТРГЗ мне в Интернете найти не удалось, а приведённые выше оценки нисколько не дискредитируют практикуемую АА/АН групповую терапию. Поэтому демонстративное отрицание Дж.Тримпи полезности групповой терапии как таковой, видимо, следует признать поступком поспешным и решительно ничем не обоснованным.

Выше говорилось, что в конце 1998 г. Дж.Тримпи декларировал упразднение всех видов групповой алко- и наркотерапии в пределах США и даже Сеть Самопомощи Рационального Выздоровления (ССРВ) в Интернете объявил закрытой. Это был весьма шумный перформанс. Но последствия его оказались более чем скромными: гора родила мышь. На месте закрытой сети ССРВ тут же стихийно возникла новая Сеть Общества Рационального Выздоровления (Rational Recovery Society Network), и только за первый месяц, как признал сам Дж.Тримпи, её «посетили почти 11 тысяч человек и мы получили свыше тысячи электронных посланий» (цит.по: Тримпи & Тримпи, 1998).

По-видимому, не только АА/АН, но и само РВ, как движение разобщённых одиночек, на практике невозможно и неосуществимо; эти одиночки по-прежнему продолжают рефлекторно сбиваться в группы – хотя бы на форумах и скайп-конференциях в сетях Интернета (см., напр.: ФВА, 2005; Talk, 2013; и др.).

Видимо, не случайно уже упомянутые эксперты из «Кокрановского сотрудничества» отметили в своей оценке эффективности 12-шаговой методики, что она в некоторых отношениях лучше других моделей лечения, но и в этих отношениях она нисколько не лучше и не хуже других видов «групповой» терапии (Ferri et al, 2006; см также мой комментарий к п.14 в «Размышлении №5»).

Возможно, именно это неприятие лидером и создателем движения РВ любых форм групповой терапии было и остаётся главной причиной, по которой оно остаётся менее популярным, чем АА/АН, не только в России, но и у себя на родине, в США.

По мнению петербургского психолога СПбГУ И.Н. Гурвича, методика ТРГЗ, в отличие от 12-шаговой, доступна далеко не каждому, и она совсем не годится для людей, психика и интеллект которых серьёзно расшатаны алкоголем и наркотиками, и которые из-за этого оказываются «неспособными самостоятельно оставить алкоголизацию или наркотизацию» (Гурвич, 2019). А таких несчастных много.

Гораздо более сильные позиции занимает в России другое направление антиалкогольной и антинаркотической деятельности, представленное Церковью. Её взаимоотношения с движением АА/АН изначально были сильно осложнены тем, что часть служителей Церкви открыто обвиняют это движение в «сектантстве». Тем более интересно поразмышлять на эту тему.

Размышление №8. Альтернативные модели лечения алкоголизма и наркомании: религиозные реабилитационные центры

Здесь будет рассмотрена только одна церковь – Русская православная и её связи с сообществами АА/АН, потому что (как это и было оговорено в первых строках работы), её автор – заинтересованная сторона, а поскольку он по происхождению и менталитету русский и принадлежит (достаточно формально, по факту своего крещения в младенчестве) православной вере, то он не будет касаться взаимоотношений АА/АН с исламом, буддизмом, евангелистской церковью и другими конфессиями.

Исторически первыми организациями, создаваемыми в целях избавления от алкоголизма, как в Америке, так и Европе были Общества трезвости – прообразы современных Реабилитационных наркологических центров. Первые из них появились в США ещё в конце XVIII в., затем подобные общества стали основываться и в Западной Европе (подробнее см. в: «Размышление №1»). Изначально это были организации сугубо светского (мирского) характера, но начиная с середины XIX в. они стали приобретать всё более и более выраженную религиозную окраску.

В России первое Общество трезвости (далее ОТ) было создано в Петербурге в 1890 г., и оно тоже было чисто общественной инициативой, никак не связанной с Русской православной Церковью (далее РПЦ).

Примерно тогда же в России появились первые ОТ, организованные при сельских и городских церковных приходах, а пик их роста пришёлся на 1900‑е гг. (Общества_БЕ, 1907). К началу 1911 г. таких церковных Обществ в Российской Империи насчитывалось уже 1767, они локализовались преимущественно в сёлах, и в них входило почти полмиллиона прихожан (Бачинин, 2011).

Предтечей и образцом многих таких ОТ явился так наз. «Дом трудолюбия», открытый ещё в 1882 г. религиозным подвижником св.Иоанном Кронштадтским. Собственно говоря, «Дом» был зарегистрирован как обычный «работный дом», предназначенный для потерявших работу мастеровых, бедствующих одиноких женщин и просто бездомных и обнищавших людей, но имел одно существенное отличие: к св.Иоанну охотно и в большом количестве принимали полностью спившихся алкоголиков, способных выполнять только самую простую и лёгкую работу, например, клейку картузов, трепанье пеньки и т.п., что они и делали, получая за это небольшую плату, бесплатное питание, лечение и ночлег. Кроме того в «Доме» имелась бесплатная читальня, где по воскресным и праздничным дням проводились чтения и разъяснения Евангелия и разных других произведений по русской истории и литературе. Для неграмотных было открыто бесплатное начальное училище (Бачинин, 2011). В общем, «Дом трудолюбия», святейшего Иоанна представлял собой нечто очень схожее с современными реабилитационными наркологическими центрами в системе здравоохранения РФ.

Но так было только в городах; в сёлах всё было организовано совсем иначе, и, как это ни странно, только там и применялись методы своеобразной, но достаточно действенной психотерапии, правда, – только к «верующим» алкоголикам, и эффективность самой терапии находилась в прямой зависимости от глубины и искренности веры пациента. Ниже приведены несколько отрывков из сводного описания этой процедуры, составленного А.Кропоткиной на основе разных источников, относящихся к кон.XIX-нач.XX вв:

«В день открытия Общества трезвости священник либо один, либо с приглашенными почетными гостями в сане служил Божественную литургию, на проповеди еще раз говорилось о вреде пьянства и о необходимости с ним бороться всеми силами. После литургии будущие трезвенники должны были давать обет, или, как его называли в народе, «зарок», перед святым Евангелием и Крестом: “Я, раб Божий, искренно желаю с Божией помощью и по молитвам преподобного и богоносного отца нашего Серафима, Саровского Чудотворца, в течение обещанного времени воздерживаться от всего опьяняющего. В удостоверение обета сего целую святое Евангелие и Животворящий Крест Христов. Аминь” …Пьяные до зарока не допускались… Отношение к зароку было очень благоговейное, люди понимали, что они совершат большой грех, если нарушат свое обещание перед Богом. Тем самым зарок являл собой некое подобие воли, которая должна была сдерживать человека от пагубного пьянства. Можно сказать, что люди пытались обуздать себя извне, чтобы за ними был строгий присмотр; религиозное обещание, страх перед Богом не давали им нарушать этом обет»

«Священник… перед молебном говорил о важности и серьезности даваемого зарока. Батюшка не хотел пугать народ, но предупреждал и сам был уверен, что за нарушение обещания не пить более придется испытать жестокое наказание. Вообще о том, как именно наказывает святой Сергий Радонежский тех, кто нарушил клятву, отец Сергий не говорил, но слухи об этом курсировали по всем близлежащим кабакам».

«…Многие из паломников…, наслушавшись ужасов о том, как карает святой Сергий Радонежский клятвопреступников, нарушивших обет не пить спиртных напитков, и не чувствуя силы исполнить зарок, уходили обратно…, но люди более решительные, понимая, на что идут, укреплялись в том, чтобы принести клятву.

После того, как все члены общества дадут обет трезвости, они должны выслушать молебен святому покровителю общества и получить иконки этого святого. В основном распорядок дня устанавливался такой:

1. Молебен. Перед ним или после него священник произносит торжественную речь.

2. Речи о значении общества трезвости могут быть заменены чтением отрывков из книг и статей о вреде пьянства.

3. Чтение стихов, пение, музыка.

4. Чтение приветствий.

5. Общая трапеза (чаепитие).

Во время трапезы и после нее происходила запись членов общества в книгу трезвенников. И все позднее вступившие в члены общества также вносились в эту книгу: …имя, фамилия, звание, род занятий, семейное положение и наконец отмечалось, давно ли пьет.

Так принимались новые члены, а вот для старых, которые решили продлить свой зарок еще на какое-то время, имелась графа, в которую вносилось при возобновлении зарока, был ли выдержан искус, а если нет – то по какой причине. В этой графе попадались такие отметки: “соблазнили товарищи”, “разрешено по болезни”, “начал пить сам – с горя, после смерти жены”, “был на свадьбе брата и не удержался”. Однако, как сообщает отец Сергий Пермский, этих не выдержавших зарока в общем было немного – менее одной четверти (– М.К.) всего числа членов, причем наиболее неисправными в воздержании были женщины.

…Многие после зарока перестают пить спиртные напитки вообще: из 30 тысяч паломников, записавшихся в Нахабинское Общество трезвости (в Подмосковье – М.К.) в 1898 году, три четверти перестали пить водку.

…Общества трезвости проводили разные мероприятия, направленные на отвлечение народа от пьянства. Самыми распространенными были духовно-нравственные, религиозные и антиалкогольные чтения, которые проводились в воскресные дни после богослужений…: в чайной устраивались публичные чтения с туманными картинами…

…В числе мер против пьянства общества трезвости намечали также совместные экскурсии членов для осмотра музеев, достопримечательностей, учреждений и проч.

…План этих чтений каждое общество имело свой, не было каких-то определенных предписаний по этому поводу. Где-то курс был рассчитан на три месяца, а где-то чтения велись в течение года».

(Цит.по: Кропоткина, 2013а).

Членам церковно-приходских ОТ по их просьбе выдавались составленные по единому образцу своеобразные удостоверения, подтверждающие их членство в ОТ – так наз. «Свидетельства» и «Священные листы», которыми они гордились и охотно показывали всем желающим (Кропоткина, 2013б) .

В упомянутом выше подмосковном Нахабинском ОТ такие свидетельства лично выдавал священник церкви с.Нахабино, известный тогда на всю Россию о.Сергий Пермский. Им же в особой книге велась и своя статистика: «В первый год в состав общества входило 47 человек, причем нарушителей было 15; во второй год в обществе значилось 118 членов.., на 3‑м году существования общества в нем было уже 314 человек, на 4‑м – 358, на 5‑м – 1273, на 6‑м – 10 368, на 7‑м – 30 945 человек…» Также из этой книги видно, что в Нахабино приходили паломники не только из Москвы и Подмосковья, но даже из весьма отдалённых мест России (Цит.по: Кропоткина, 2013б).

Вопреки общепринятому представлению, которое со временем приобрело силу общественного предрассудка, в российских сёлах в те времена пили немногие и пили не так то и много, – укоренению пьянства препятствовала строгая календарная размеренность самой хозяйственной жизни крестьян, а также относительная дороговизна водки, при том, что деньги в сёлах всегда были редкостью. Поэтому кабаки и рестораны всегда были приметами, главным образом, городской жизни (Антонюк, 2016).

В течение 1914-1917 гг. в России действовал полный запрет на торговлю крепкими спиртными напитками (он не распространялся только на рестораны). Это вызвало новый всплеск трезвенного движения, но только в городах; сельские церковно-приходские ОТ эти новшества почти не коснулись, и они продолжали жить своей, мало связанной с городскими новшествами, жизнью.

С приходом к власти большевистского ленинского правительства в октябре 1917 г. государственная политика по отношению к алкоголю не только не ослабла, но ещё более ожесточилась. В 1917 г. Петроградский Военно-Революционный комитет издал приказ, запрещающий не только торговлю, но и производство алкоголя «всех» видов (закон 1914 г., всё-таки, не распространялся на пиво и виноградные вина), а также ставил под государственный контроль над всеми спиртовыми и винными складами страны. Виновные в неисполнении приказа подлежали Военно-революционному суду, т.е., фактически, расстрелу. Однако, в период 1921-1925 гг. все эти запрещающие акты были шаг за шагом аннулированы несколькими правительственными декретами (Маюров, 2014).

В начале 1930‑х гг. так же постепенно были «аннулированы» и церковно-приходские Общества трезвости, поскольку церковное имущество стало подвергаться секвестрованию, а священники приходов – гонениям (Милосердие, 2008)

Изложенное выше представляет собой достаточно давнюю историю, на которую не стоило бы тратить столько места и времени, если бы не то обстоятельство, что все современные православные реабилитационные наркологические центры, которые стали возникать в нашей стране с сер.1990‑х гг., организовывали свою деятельность по образцу описанных здесь церковно-приходских Обществ трезвости и Домов трудолюбия (Бачинин, 2011). Достаточно подробный их перечень с указанием источников в Интернете (что немаловажно) можно найти, например, в: (ПРЦА, 2019) – отдельно для алкоголиков, и (см.: Челищева, 2019) – отдельно для наркоманов.

Однако, многие из таких центров, как, например, Христианский благотворительный фонд «Старый Свет» или Общество трезвости при Никольском храме в с.Ромашково, Подмосковье не имеют такой специализации и принимают к себе химически-зависимых всех видов. Структура терапевтической деятельности в этих центрах весьма типична и представляет два варианта помощи: стационарное лечение («Старый Свет») или амбулаторное лечение (церковно-приходское ОТ в с.Ромашково), могущие объёдиняться в рамках отдельной программы («Душепопечительский Центр св.Иоанна Кронштадтского»). Лечение в таких заведениях предоставляется бесплатно, но, как можно понять из выложенных в Интернет описаний, именно поэтому количество одновременно находящихся там пациентов сильно ограничено – не более 12-15 чел., при том, что сроки лечения и реабилитации могут доходить «до 2 лет и более». Амбулаторная помощь таких ограничений не имеет, поэтому число приходящих пациентов может быть от нескольких десятков до нескольких сотен (см.: Игум.Анатолий, 2007; Милосердие.ru, 2008; Как поступить в Центр, 2015).

Несмотря на то, что эти центры позиционируют себя как «религиозные», в расписаниях режима дня их пациентов не обнаруживается сколько-нибудь выраженного религиозного уклона. В их повседневном расписании (см., напр.: Старый Свет_Расписание_2017) большая часть времени (3 раза в неделю по 7 часов в день) отводится на какие-то занятия, неопределённо обозначаемые как «рабочее время», причём расшифровку этого пункта мне в Интернете отыскать не удалось. (В литературе справочно-обзорного характера сказано обобщённо: «предусматриваются постоянные работы в подсобном хозяйстве». – Статистика лечения, 2018; один бывших реабилитантов, побывавший в нескольких таких центрах, говорил мне в личной беседе, что они «обычно работали на хоздворе»).

На молитвы и чтение Евангелия выделено всего полчаса в день (кроме того, в воскресные дни проводится полуторачасовая литургия в храме); на изучение катехизиса – одно 45-минутное занятие в неделю и столько же – на исповедь у священника; один день в неделю по одному часу проводятся чтения и обсуждения литературы АА/АН (курсив мой – М.К.); два раза в неделю – полуторачасовые группы с психологом; два раза в неделю – вразбивку трёхчасовые «занятия по истории и обществоведению работы по ответственностям, хоз.нужды и занятия по выздоровлению»; ежедневные 10-минутные «летучки» и в воскресенье одна 1-часовая «генеральная планёрка» (Старый Свет_Расписание_2017).

Как видно, расписание не сильно отличается от тех которые предлагают «мирские» медицинские реабилитационные наркологические центры, и оно обнаруживает много сходства с режимами дня в описанных выше дореволюционных «Домах трудолюбия» при храмах (см.: Бачинин, 2011). Единственное важное отличие таких центров от дореволюционных – в том, что у них (впрочем, далеко не у всех) имеются некие программы пост-реабилитационной «социальной реадаптации», предусматривающие обеспечение выпускников временным жильём и работой в принадлежащих центрам мастерских, в основном, по тиражированию икон (Ресоциализация, 2017).

Ещё больше сходства с дореволюционными Обществами трезвости (правда, не с городскими, а с сельскими церковно-приходскими ОТ), обнаруживают современные религиозные центры, практикующие амбулаторный способ освобождения от зависимости.

ОТ при храме с.Ромашково в Московской области его участники посещают 1 раз в неделю, обычно со своими семьями, что всячески приветствуется. Членов Общества всего ок.50 чел., и они поделены на 2 группы, которые собираются вместе не чаще 1 раза в месяц: на торжественные службы или молебны в особо значимые церковные праздники, для совместных паломнических поездок или походов в театр. На собраниях раздаются листочки, в которые приезжающие заносят свои сроки трезвости; священник (бывший врач-психиатр) читает проповедь, знакомит собравшихся с новичками. Желающие дают в церкви «обет трезвости», почти полностью повторяющий описанный выше обряд, сложившийся ещё в дореволюционных ОТ. Имеются свои «консультанты» (соцработники) из числа своих же ветеранов, – это единственная дань опыту АА/АН и Миннесотской модели лечения химической зависимости. В целом, 12-шаговая программа в большинстве таких Обществ не практикуется и не приветствуется.

Следует заметить, что различия в формах деятельности всех таких православных Обществ, Центров и Фондов, поставивших своей целью избавление алкоголиков и наркоманов от их зависимости, не сводятся к одной только разнице между стационарным и амбулаторным формам обслуживания их подопечных. С появлением в России первых обществ АА и АН во 2-й пол.1980‑х гг. служители РПЦ разделились на две большие группы – тех, кто поддержал это новое движение, и на тех, кто стал выступать резко против, считая АА/АН некой новой разновидностью протестантской ереси (ср., напр.: Игум.Иона, 2015 и Игум.Анатолий, 2007). Этот «раскол» в среде священников отразился и на общинах их прихожан (см., напр.: 12-шаговые группы. Форум, 2013).

Статистических исследований в этой области никто не проводил, но по утверждению создателей и руководителей таких обществ, среди тех, кто «постоянно приезжает по году и более», ок.75% – полные трезвенники (Игум.Анатолий, 2007; Милосердие.ru, 2008). Примечательно, что в старых дореволюционных Обществах, где вёлся постоянный учёт, мы наблюдаем значения того же порядка, т.е. полностью бросают пить приблизительно три четверти членов ОТ (Кропоткина, 2013а). Для сравнения: в приведённом выше примере медицинской клиники, работающей по Миннесотской модели (Батищев, 2002), устойчивая ремиссия алкоголиков на срок до 2 лет и более, отмечалась лишь в одной четверти случаев (27,3%). Оснований не доверять этим данным у нас нет, но при их сравнении необходимо учесть ещё один параметр – долю верующих в России. РПЦ в лице своих официальных глав и представителей обычно оценивает численность православных в пределах 70-80%, но в эту оценку включены все те, кто «называет» себя православным. Если же исходить из полученных в ходе тех же опросов данных о доле тех из них, кто регулярно (не реже 1 раза в месяц, или, по крайней мере, не реже 1 раза в год) ходит к причастию и к исповеди, то доля действительно верующих («воцерковлённых») людей у нас в стране окажется значительно меньшей: минимум – 3%, максимум – 10-12% (Емельянов, 2019). Повторю сделанное выше замечание: эффективность лечения химической зависимости в любой религиозной общине прямо пропорциональна глубине веры, а показателем её может считаться только участие в предусмотренных этой верой ритуалах и действиях. Расхожие представления о так наз. «вере душой» никак нельзя принимать всерьёз; они были бы ещё более или менее уместны в советскую эпоху, хотя и в те времена сколько-нибудь серьёзные препятствия верующим в исполнении религиозных обрядов существовали только для членов КПСС. В наше время представления о «вере вне церкви» есть не более чем отговорки.

Атеистов в России насчитывается ок.6% (Статистика верующих, 2019). Поскольку атеизм – это убеждение, по силе и глубине равноценное религиозному, уместно предположить, что убеждённых атеистов, как и глубоко верующих людей, в любом светском обществе приблизительно одинаковое количество, т.е. в сумме ок.10-20%. Оставшиеся 80% или 90% следует отнести к одной из двух категорий: либо к представителям других конфессий, либо к функциональным безбожникам – людям, к вопросам веры просто равнодушным. Последних, очевидно, подавляющее большинство, однако, именно они и составляют основной контингент медицинских наркологических центров; для религиозных терапевтических общин эти люди уже НЕ пациенты.

Но поскольку меня интересуют в первую очередь именно «медицинские реабилитационные центры», далее мы займёмся поиском ответа на не очень простой вопрос о том, как их опознать в нахлынувшем на нас ливне рекламной информации, и как отличить такие центры от подделок под них.

Размышление №9. Альтернативные модели лечения алкоголизма и наркомании: коммерческие реабилитационные центры

В среде самих алкоголиков и наркоманов бытует следующее простое представление о видах реабилитационных центров: «мотивационные, где бьют, религиозные, где молятся, и терапевтические, где лечат» (ср. с каноническими формами определений, изложенными напр., в: Советы, 2021).

Представление очень незамысловатое и сильно упрощённое, но я бы под ним подписался.

Начнём наш обзор с важного уточнения: следует строго разграничивать два разных и очень непохожих друг на друга мира: «государственные» и «негосударственные» (коммерческие и благотворительные) реабилитационные центры (Тарасов, 2016; Шуров, 1919). Последние представляют собой явление огромного масштаба и невообразимой пестроты оттенков – от чернильно-чёрного цвета (напр.: Виноградов, 2011, Вся правда, 2018) до вполне приемлемых для глаза светлых тонов (напр.: Дом надежды, 2018). Общее их количество неизвестно. Только легальных, т.е. имеющих лицензию и поддающихся учёту Центров насчитывается на сегодняшний день не менее 750 (Обзор всех РЦ, 2019). Кроме них в стране действует не менее 1 тыс. нелегальных заведений, позиционирующих себя в качестве «реабилитационных наркологических центров», но зачастую представляющих просто группу лиц (иногда она может состоять всего из 3-4 человек), не имеющих никакого медицинского образования, зато имеющих собственный опыт лечения в подобных заведениях, а зачастую и некоторый тюремный опыт. Такие лица, как правило, арендуют для своей деятельности частные дома или загородные дачи, зарегистрированные как «коттеджные центры для предоставления социальных услуг с правом проживания» (Офицерова, 2019). Содержание их рекламных проспектов в брошюрах или на сайтах Интернета может выглядеть чрезвычайно респектабельно и содержать фото дорогих интерьеров и благообразных людей в белых халатах на фоне ультасовременного медицинского оборудования. Однако, на месте чаще обнаруживается обычная жилая постройка с серыми стенами и следами неоконченного ремонта, и выясняется, что реальные контакты таких «центров» с научной медициной лучшем случае ограничиваются приглашаемым один или два раза в месяц платным психотерапевтом, чаще всего из какой-нибудь государственной больницы или поликлиники, находящейся в том же городе. Отсутствие в их штатах дипломированных медиков – эта своеобразная «лакмусова бумажка» всех заведений такого сорта: любой разговор на эту тему моментально вгоняет их в стресс, который они тщательно стараются скрыть. Другим их отличительным признаком является цена и способ платежа. Если от вас требуют платёж только наличными, и если за один день пребывания в таком заведении его владельцы запрашивают менее 7-15 тыс.руб. (в зависимости от региона страны и удалённости от столицы), то пациент гарантированно столкнётся там не только с казарменно-барачными условиями проживания, но и с чрезвычайно эффективными приёмами психологического подавления личности и физического насилия, отработанными несколькими поколениями советских зеков и солдат срочной службы (Решётка и дневник, 2012; За меня мама заплатила, 2021).

Насилие начинается с самой процедуры оформления человека на лечение или реабилитацию. Здесь инициирующей стороной обычно выступают родственники зависимого; они же являются стороной, несущей все финансовые расходы. Насилие носит вполне благозвучное название «интервенции» (см., напр.: Интервенция, 2021), но на практике представляет психическое и (или) физическое – в зависимости от ситуации – принуждение человека к водворению в место, где он должен будет находится до истечения срока лечения или реабилитации. На практике такая «интервенция» может принимать формы грубого похищения (Рассказ приятеля, 2021). Доставленного на место изолируют от внешнего мира сразу и прочно. По словам тех, кто уже имел тюремный опыт, но в подобном заведении оказался впервые, первая мысль, которая приходит в голову: «Здесь как в зоне». Вторая мысль, всплывающая после первого контакта с персоналом: «Здесь ещё хуже» (реабилитант РЦ Минздрава РФ, личное сообщение).

Обнаружить сколько-нибудь достоверную информацию об условиях проживания в подобных заведениях не так-то просто, если не вести специальный поиск. На популярных интернет-каналах такая информация если и встречается, то долго там не задерживается. Тому есть, как минимум, три причины.

Во-первых, посты такого рода очень непопулярны. Большинство выложенных в Интернет свидетельств оставлены достаточно молодыми людьми, которые уже прошли через весь этот опыт, и их психика была подвергнута обработке такого рода, после которой человек хотя и сохраняет привычную систему моральных и этических ценностей, но уже пришёл к выводу, что параллельно с привычным ему миром существуют и какие-то иные миры, в которых господствует совершенно иная мораль и иные ценности, не имеющие с его миром ни единой точки соприкосновения. С нравственной точки зрения, это люди ещё не испорченные жизненным опытом и зачастую наивные. Большинство из них не слишком образованы и не имеют литературного опыта, поэтому их воспоминания изложены простым и бесхитростным языком. Но именно этот стиль и делает их описания настолько страшными, что модераторы интернет-каналов просто боятся оставлять их на своих площадках и нещадно блокируют, несмотря на то, что в них нет ни только смакования сцен жестокостей, но даже нецензурных слов.

«Он отвел меня в подвал, положил на лавку. Двое держали… Пороли ремнем, пока не согласилась подписать. Потом вернули в то же помещение и снова пристегнули к батарее …Решила покончить с собой – выдернула из кофточки шнурок, привязала его к батарее и попыталась удавиться на шнурке от кофточки. Соседка по шконке подняла крик…» (Ройзман, 2015).

«Почувствовал себя плохо, попросил вызвать скорую и позвонить матери… Связали скотчем, вывернув руки назад, и зафиксировали на железной кровати» (Миколайчук, 2019).

«Мотивационные центра – это самая жесть, где ты будешь сидеть на веревке, таскать всякие тяжести (рюкзак с кирпичами, батарею, колёса и т.п), например, ходить в драной одежде и есть из миски на полу (тренинг «Бомж»), сидеть в подвале и всякое такое» (История выздоровления, 2020).

Вторая причина закономерно вытекает из первой. Человек, особенно молодой человек, не имеющий подобного экстремального опыта, просто органически не способен представить, что не где-нибудь в компьютерной игре и не в киношной «страшилке», а в его собственном мире, на одном и том же отрезке времени и в одном с ним городе, существуют «параллельные миры», живущие совсем по другим законам. Поэтому, когда такой текст просачивается на какой-нибудь из общедоступных сайтов, тот буквально взрывается негодующими комментариями: читатели дружно обвиняют автора в грехах самого широкого спектра: от банальной лжи в целях привлечения внимания и лучшей «монетизации» поста, до его причастности к загадочной «секретной службе правительства», созданной для организации «провокаций» с не менее загадочными целями. Можно предположить, что в основе такого неприятия лежит вполне объяснимая боязнь нормальных людей за целостность своей психики. Подобная информация и должна вызывать у людей чувство отторжения, поскольку наделяет таким знанием, жить с которым потом неприятно и больно.

Третья причина заключается в том, что все «ненормальные» люди (а алкоголики и наркоманы, безусловно, являются таковыми) предпочитают не только в реальной жизни, но и в сетях Интернета жить обособленно, поэтому общаются с себе подобными в особо выделенных местах – на сайтах, требующих от посетителей регистрации и авторизации (напр.: Vesvalo, Talk, «Сайт бывшего наркомана», и др.)

Впрочем, чтобы ознакомиться с их опытом, не вступая в прямое общение, достаточно набрать в поисковой строке браузера фразу «Воспоминания о реабилитационном центре». В ответ выскочит множество ссылок, пройдя по которым, можно заглянуть в некоторые из этих сайтов, и увидеть там много такого, с чем человек в обычной жизни никогда не столкнётся.

Но меня в этих заметках интересуют отнюдь не эти маргинальные заведения, вечно живущие под Дамокловым мечом Уголовного кодекса РФ, – их следует всемерно избегать, и только. Гораздо больший интерес представляют только «государственные», т.е. включённые в систему Министерства здравоохранения РФ, наркологические лечебные и реабилитационные заведения на стационарной основе, и именно им будет посвящено наше следующее

Размышление №10. Альтернативные модели лечения алкоголизма и наркомании: государственные реабилитационные центры

Здесь мы рассмотрим только те наркологические реабилитационные центры (далее – РЦ), которые находятся в подчинении Минздрава РФ и являются либо юридическими лицами, либо представителями таковых.

Весьма интересна сравнительная оценка государственных и частных (коммерческих) РЦ, приведённая одним из известных московских психиатров-наркологов В.А.Шуровым на его сайте. Интерес вызывает, главным образом, то обстоятельство, что сам её автор является главным врачом именно «частной коммерческой» клиники и уже по этому своему статусу должен быть предвзят в пользу коммерческих здравоохранительных структур. Тем не менее, он постарался проявить в своей оценке максимум объективности и пришёл к выводу, что при всех недостатках государственных РЦ (отсутствие материальной заинтересованности, невозможность нарушить плановые нормативы, когда этого требуют интересы дела, и т.п.), они имеют два неоспоримых преимущества:

1. Возможность получения в них медицинской помощи не просто «высокого», но «очень высокого» уровня, поскольку только там можно встретить по-настоящему бескорыстных энтузиастов своего дела. В коммерческие структуры такие люди, при возможности выбора, как правило, не идут. (Если не ограничиваться примерами только из медицины, то уместно будет вспомнить А.С.Пушкина, который полагал себя в большой вине перед русской литературой за то, что «научил поэтов зарабатывать на жизнь стихами», а также А.Эйнштейна, который настойчиво уговаривал своих студентов никогда не делать науку источником своих доходов; и, надо думать, эти люди не кривили душой).

2. Бюджетные РЦ никогда не будут «затягивать» лечение в коммерческих целях, поскольку таких целей перед ними обычно никто не ставит. Но в коммерческих лечебницах практика «затягивания лечения» представляется чем-то само собой разумеющимся (Шуров, 2019).

Несмотря на столь очевидные преимущества государственных РЦ, их в России до странности мало.

В сводной таблице 1 приведены обобщённые мною данные статистики за период с 2011 по 2017 гг., взятые двумя разными организациями из архива Минздрава РФ за 2011-2017 гг.

Из приведённых в таблице данных можно сделать три вывода:

1) общее количество государственных РЦ уменьшилось за истекшее десятилетие ровно вдвое, и эта тенденция имеет стабильный характер;

2) проявилась сходная по интенсивности тенденция к утрате государственными РЦ статуса и прав юридического субъекта;

3) наблюдается тенденция к уменьшению числа собственно «центров» и передаче их функций стационарным «отделениям» при больницах и клиниках, численность которых, напротив, стабильно растёт.

Наиболее компетентные эксперты считают такое количество государственных РЦ «крайне недостаточным» (Зенцова, 2025. С.15) и полагают, что они не получают «должной государственной поддержки» (Игонин, 2007. С.58).

Продолжая выявленные тенденции в будущее, можно предположить в ближайшие годы полное исчезновение «государственных РЦ», как структурной единицы Минздрава, и передачу их функций многочисленным «отделениям» (РО), создаваемым на базе больниц и клиник (не обязательно профильных). При этом, вновь возникающие РО не будут иметь ни юридической, ни административно-хозяйственной самостоятельности, и рост их числа не потребует сколько-нибудь существенного увеличения корпуса специалистов.

Если данные таблицы 1. вывести на график, то это сделает эту картину ещё более наглядной (см.рис.1):

Так обстоит дело только с организационной стороной этого сектора здравоохранения. Содержательная его сторона, т.е., собственно научный подход, развит гораздо лучше, и он продолжает развиваться. Здесь можно выделить две работы, содержание которых ближе всего подходит к нашим целям, поскольку содержат наиболее обстоятельную статистику. Обе работы являются диссертационными; на одну из них мы уже ссылались в «Размышлении №6» (Батищев, 2002; см. также: Зенцова, 2015).

Исследование В.В.Батищева проводилось в 1996-2000 гг. в специализированном психотерапевтическом отделении 19-й наркологической больницы Комитета здравоохранения Правительства г. Москвы. и затрагивало только алкоголиков и только мужского пола. Под наблюдением находилось 1056 пациентов в возрасте от 15 до 65 лет. Преимущественный возраст (или «мода распределения по возрасту») приходился на группу 31-50 лет, что пересекалось со средним арифметическим по возрастам, составляющим 39.4 лет. Главной целью исследования устанавливалась проверка эффективности Миннесотской модели выздоровления по образцам клиники Хезелден, США, т.е. той, к которой предполагается преимущественное использование 12-шаговой методики АА/АН. Продолжительность курса лечения автором не указана, но поскольку речь идёт о «классической» модели, то можно полагать, что имеется в виду стандартный курс продолжительностью 28 дней. В другой более поздней работе В.В.Батищев приводит в качестве наиболее часто устанавливаемых сроков лечения диапазон 20-40 дней (Батищев, 2021). Соответственно, основное внимание в его исследовании было перенесено на катамнез, который с большей или меньшей достоверностью удалось отследить только для 707 человек, прошедших полный курс лечения. Показатели ремиссии исследовались по срокам свыше 6, 9, 12 и 24 месяцев. Среднее арифметическое по срокам катамнеза составляло 18 месяцев (1.5 года). Другие особенности пациентов этой группы (возраст, образовательный ценз, род занятий, общая продолжительность срока потребления алкоголя, частота госпитализаций до поступления в клинику и т.п.) мы можем здесь оставить без внимания, поскольку эти характеристики в дальнейшем не использовались. Основной итог проведённого исследования можно сгруппировать в четыре пункта:

1. Процент удержания пациентов на полный срок лечения (20-40 дней) составил 67% (707 из 1056 пациентов);

2. У всех, кто прошёл полный курс лечения (707 чел.), полная ремиссия наблюдалась на протяжении 24 месяцев всего в 193 случаях, т.е. достигала 27%;

3. У тех, кто прошёл полный курс лечения, и регулярно посещал после выписки собрания АА/АН, полная ремиссия в течение 24 месяцев была отмечена у ок.25% (175 из 707 чел.);

4. У тех, кто прошёл полный курс лечения, но после выписки НЕ посещал собрания АА/АН, полная ремиссия в течение 24 месяцев была отмечена у ок.2.5% (18 из 707 чел.)

Иными словами, вероятность сохранения ремиссии на срок 2 года и более ровно в 10 раз выше у тех реабилитантов, которые после выписки продолжают работать над своим выздоровлением в рамках 12-шаговой программы АА/АН.

Этот сравнительный ряд можно продолжить следующим сопоставлением. Если одномесячный курс выздоровления по Миннесотской модели сам по себе обеспечивает длительную (до 2 лет и более) ремиссию после выписки с вероятностью 2.5%, то эффективность выздоровления зависимого, посещающего собрания АА/АН и не прибегающего ни к каким другим видам терапии, оказывается не намного выше и колеблется в пределах 2-10% (Архив АА, 2017). Вероятно, поэтому ведущие отечественные психотерапевты и наркологи, хотя и оценивают деятельность АА/АН как необходимую и полезную, но не считают её «самодостаточной» для полноценного выздоровления и призывают совмещать 12-шаговые методики с научными методами алко- и наркотерапии (напр.: Игонин, 2007. С.57; см.также выше п.2).

(В скобках отмечу, что автор этих строк после выписки из РЦ 17.09.2020 г. не посещал собрания АА/АН – ни по месту жительства, ни виртуально в Интернете, – следовательно, его шансы продержаться в трезвости хотя бы ещё 9 месяцев, оставшиеся ему до двухлетнего срока ремиссии, составляют указанные выше 2.5%).

В отличие от приведённой работы В.В.Батищева, исследование Н.И.Зенцовой охватывало более широкий набор признаков и включало как мужчин, так и женщин, причём в обеих группах абсолютно преобладали так наз. «чистые» наркоманы (опиаты, психостимуляторы и каннабиноиды), хотя почти 40% от общего числа пациентов указали, что регулярно совмещали наркотические вещества с алкоголем.

Строго говоря, эту работу Н.И.Земцовой, представленную в качестве докторской диссертации, следует рассматривать не как «исследование» в собственном смысле слова, но, скорее, как некий долговременный многоплановый проект, в котором она попыталась учесть по возможности все факторы, влияющие на клинико-психологическую и социальную эффективность предложенных ею программ психологической реабилитации наркозависимых. В этом сложном наборе терапевтических методик, способов их оценки и сделанных обобщений нас будет интересовать лишь некоторые сделанные ею выводы, причём, с авторской точки зрения, даже не самые важные.

В поле наблюдений Н.И.Земцовой, проводимых, в период 2009-2014 гг., было включено 453 пациента, пребывающих в нескольких РЦ с различными ведущими методиками реабилитации: 1) РЦ на основе единственной программы «12 шагов» (ок.9%); 2) религиозный РЦ (ок.13%); 3) несколько РЦ, использующих смешанную (эклектическую) модель реабилитации, комбинирующую в себе черты двух предыдущих на общей медицинской психотерапевтической основе (ок.78%).

(В скобках замечу, что автор этих строк проходил реабилитацию в РЦ, который следует отнести к последнему из указанных типов).

Далее Н.И.Земцова попыталась выяснить и очертить основные психологические черты наркозависимых, проходящих реабилитацию в трёх разных типах РЦ. В рамках её исследования это было необходимо для отбора наиболее эффективных программ реабилитации. Для этого был применён Н-критерий Краскела-Уоллиса, но нас в данном случае больше интересуют не применённые методы выявления и описания заболевания, а вопрос о том, какие именно из выявленных Н.И.Земцовой психологических особенностей наркозависимого являются определяющими при выборе им РЦ того или иного типа? Представленные ею описания заслуживают того, чтобы быть приведёнными здесь в полном объёме:

«[1]. Реабилитанты, проходящие программу «12 шагов», проявляют больший макиавеллизм; у них более выражены копинг-стратегии (конфронтативный, дистанцирование, самоконтроль, принятие ответственности, бегство-избегание), снижены показатели жизненной активности, психического здоровья, общего психологического компонента здоровья и общего индекса волевого самоконтроля; наблюдаются более высокие значения доминирования, авторитарности, эгоистичности, агрессивности, подозрительности, подчиняемости, зависимости. Также у них выявлено более выраженное беспомощное и безнадежное отношение к настоящему; твердое убеждение, что будущее определено, а настоящее должно переноситься с покорностью.

[2]. У реабилитантов конфессиональной программы реабилитации ярче выражена интенсивность боли; снижены значения общего состояния здоровья, социального функционирования, физического компонента здоровья; наблюдаются более низкие показатели локуса контроля-жизнь; наблюдаются более выраженные субмиссивные мотивы употребления, более высокие значения шкалы “дружелюбие”.

[3]. У реабилитантов из центров, работающих по смешанной (эклектической) программе реабилитации, лучше, чем у остальных, проявляется ролевое функционирование, обусловленное эмоциональным состоянием, локус контроля-Я; наблюдаются адаптивная форма проявления дружелюбия и более выраженная ориентация на будущее.

Таким образом, доказано, что наркозависимые, проходящие разные программы в центрах реабилитации, различаются по уровню выраженности изучаемых психологических параметров» (Зенцова, 2015. С.23-24).

Можно предположить, что именно эта разница в «психологических параметрах» и является главной силой, которая предопределяет выбор зависимым места его будущего лечения и реабилитации. Но этот выбор может оказаться и ошибочным, например, по причине финансовых соображений или мнения родственников, или под воздействием рекламы, или – в особых случаях, – когда выбор определяется судебным решением, которое вообще исключает право выбора. Ошибка может привести к тому, что человек с выраженными психологическими качествами, наиболее соответствующими одной форме лечения и реабилитации, вдруг попадёт на лечение в РЦ, где профилирующими являются другие формы, которые, может быть, совсем не подходят к его психическим параметрам. В таком случае лечение может оказаться бесполезным или даже вредным. (В скобках могу отметить, что пишущему эти строки с выбором просто повезло, поскольку он осуществлялся без его участия и был продуктом сразу нескольких случайных совпадений, о которых он в то время даже не подозревал).

Отмеченное выше повсеместное сокращение числа и юридического статуса государственных РЦ неминуемо приводит к тому, что многие врачи-психотерапевты и психологи уходят в частную практику, центр тяжести которой в последние время всё больше перемещается в сторону Интернет-каналов (так наз. «удалённая» или «скайп-терапия»). В этой части практикующих медиков сохраняется то же разделение взглядов, что и у специалистов, работающих под эгидой Минздрава РФ: часть специалистов признают 12-шаговую программу, по крайней мере, в форме Миннессотской модели (напр.:Батищев, Негериш, 2011); другие считают, что неуклонное следование её требованиям может привести к неустранимым аберрациям в психике (напр.: Осипчук, 2005).

Здесь можно сделать паузу и попытаться дать краткую оценку тому, чего удалось достичь движению АА за 87 лет своего существования. Для этого мне потребовалось на время отрешиться от осознания того, что в этом вопросе я сам являюсь заинтересованной стороной, и попытаться взглянуть на историю движения АА бесстрастным взглядом биолога, препарирующего лягушку. Изложению результатов этой фазы моих наблюдений посвящено следующее

Размышление №11. Статистическое исследование движения АА.

Следует признать, что идеологам сообщества АА, несомненно удалось сделать очень многое.

Во-первых, они сумели доказать мировому общественному мнению полезность своих идей и эффективность своего метода лечения алкоголизма, доказательством чему служит хотя бы тот факт, что на сегодняшний день их движение распространилось более чем в 150 странах мира (Папка АА, 2018. Foreword to 4th ed.) Тем не менее, им не удалось адаптировать своё учение к ещё сохраняющейся на планете большой этно-культурной и религиозной пестроте. Сконструированный ими набор морально-нравственных установок и разработанная в его рамках модель поведения являются, по большому счёту, западно-христианской, более того – сугубо американской конструкцией, созданной на культурно-религиозной основе западно-европейского протестантизма, основными представителями которого традиционно считаются представители белого англо-саксонского населения Америки – WASP. Подтверждением этому выводу может служить то обстоятельство, что на сегодняшний день приблизительно две трети (65%) анонимных алкоголиков проживают только в одной, и даже не самой большой стране мира – в США, где это движение зародилось и где протестантизм имеет наиболее глубокие корни (см.: «Размышление №1»).

Во-вторых, большая заслуга АА состоит в том, что в их идеи поверили многие, кто страдают от других похожих видов недомоганий и уже потеряли всякую надежду излечиться с помощью научной медицины, научных и не вполне научных методов кодирования и даже с помощью знахарства и колдовства. Это, в первую очередь и главным образом, люди зависимые от наркотиков, которые в 1953 г. полностью восприняли весь набор идей, приёмов и форм организации АА, и последовавшие за ними многие другие категории зависимых: жертвы азартных игр, чревоугодия, неконтролируемых эмоций, и др. (см.: «Размышление №1 и №5»).

В-третьих, именно движение АА стимулировало появление нескольких альтернативных (хотя порой идейно враждебных) форм лечения, из которых наиболее удачным вариантом следует признать «Рациональное выздоровление» (см.: «Размышление №7»).

В-четвёртых, им удалось установить более или менее приемлемые для обеих сторон формы взаимодействия с официальными представителями почти всех основных религиозных конфессий и привлечь в свои ряды множество верующих, не посягая при этом на их религиозные чувства (см.: «Размышление №5 и №8»).

В пятых, – и мне как историку это представляется самым большим их достижением: движению АА каким-то непостижимым образом удалось и до сих пор удаётся лавировать между Сциллой и Харибдой двух угроз, погубивших не одно общественное движение. Они сумели полностью отстраниться от всех форм государственной политики и идеологии, и при этом не впали в соблазн заняться какого бы то ни было рода коммерческой деятельностью. Кроме того, они умудрились не попасть и под гипноз бюрократической составляющей своей деятельности, не погрязнуть в дрязгах изматывающей внутренней борьбы за влияния и почести, в трясине бесконечных и непрерывно плодящих друг друга управляющих структур и под-структур, порождающих из своей утробы вереницы отчётов, смет, планов, не относящихся к делу мероприятий и проектов, губящих на корню любое здоровое начинание. Выстроенную ими систему самоуправления и самоорганизации они сами называют «перевёрнутой пирамидой» и подчёркнуто демонстративно именуют свои центральные органы «органами обслуживания», а не «управления».

Лично у меня вызывает немалое удивление тот факт, что на этот совершенно беспрецедентный аспект организационного опыта АА до сих пор не обратила внимание ни одна из политических партий анархистов и ни одно из общественных или профсоюзных движений, из числа тех, что строят свою деятельность на основе идеалов М.А.Бакунина и П.А.Кропоткина.

Удивительно также то, что до сих пор не было сделано ни единой попытки дать количественную оценку движению АА за его почти вековую историю, не говоря уже о том, чтобы оценить перспективы их существования на сколько-нибудь долгий период времени на более или менее рациональной основе. Последнее, впрочем, потребовало бы наличия хотя бы самого простого набора статистических данных, а как уже отмечалось в «Размышлении №2» этой работы, ни в отечественной, ни в зарубежной литературе не существует специальных исследований, посвящённых статистике АА/АН. Те немногие публикации, в заголовках которых присутствует слово «статистика» (напр.: Архив АА, 2017), никакой статистики, по существу, не содержат. Во многом это объясняется тем, что АА и АН вообще терпеть не могут статистики и относятся к любым формам своего учёта неприязненно и с подозрением. Правда, один из главных органов движения АА, находящийся в Нью-Йорке и называемый «Центральным бюро по общему обслуживанию АА», ведёт учёт количества зарегистрированных групп АА и регулярно публикует отчёты в виде брошюр, которые затем переводятся на другие языки и периодически выставляются в Интернете (на русском языке см. напр.: Папка АА, 2004-2018; АА России, 2021). С 2004 г. Центральным бюро всего было издано 5 таких общих отчётов (в 2003, 2005, 2007, 2011 и 2018 гг.) Это же Бюро принимает заявки на регистрации новых групп АА и ежегодно проводит перерегистрацию уже существующих групп. Текущие данные идут в архив и в обязательном порядке извлекаются оттуда только в год подготовки очередного издания Bigbook – «Большой книги» АА, выдержавшей на сегодняшний день 5 изданий (в 1939, 1955, 1976, 2001 и 2011 гг.) Согласно установившейся традиции, каждое новое издание включает в себя все «Предисловия», предварявшие предыдущие издания, и начиная с 1955 г., помещает в эти предисловия данные Центрального Бюро о числе групп АА и общем количестве их участников на начало года издания отдельно по США и Канаде и суммарно по всем остальным странам мира (на русском языке см.: БК, 1939-2011).

В этих публикуемых данных имеются пробелы и неточности, происходящие, главным образом, из-за отсутствия правильно организованных механизмов сбора информации, наподобие тех, что имеют государственные бюро переписей населения, располагающие собственными штатами учётчиков и стандартными бланками переписных листов и анкет. Ничем подобным Бюро по обслуживанию АА не располагает и пользуется только той информацией, которую им по собственному желанию и инициативе присылают низовые группы, обычно пользующиеся для этого стандартными бланками регистрации. При этом, учитываются только те сведения, которые Центральное и региональные Бюро успевают получить до Нового года; данные, поступившие после 31 декабря, в отчёты не попадают. Некоторые низовые группы забывают или не успевают вовремя подавать сведения о себе, а те, что по каким-то причинам совсем прекращают свою деятельность, не всегда об этом сообщают в Бюро. Однако, их служащие какое-то время продолжают учитывать и тех, и других, поэтому включают в статистику некие «усреднённые» данные, полученные в прошлые годы. В дескриптивной статистике такая практика является нежелательной, поскольку привносит в картину не поддающиеся учёту искажения, но АА вынуждены с этим мириться. Впрочем, общее число групп АА в настоящее время настолько велико, что это отчасти компенсирует указанные недостатки, а в больших масштабах и на протяжённых временных отрезках позволяет получать довольно надёжную статистику. В таблице 2 приведены показатели роста числа групп АА в мире, приведённые не по годам публикаций подсчётов, но по состоянию на год поступления данных в Центральное и местные Бюро, т.е. на 1 год ранее даты их опубликования.

На основании данных таблицы вырисовывается довольно любопытная картина, которую удобнее представить в виде графика (см.: рис.2). Попутно нам придётся коснуться математической стороны вопроса, но в этой части моего обзора я буду предельно краток, поскольку мои собственные познания в математике весьма поверхностны.

На горизонтальной оси графика отложены даты, начиная с 1955 г., когда был опубликован первый общемировой замер числа групп АА. На вертикальной оси отложено то же число, но не в абсолютных величинах, а в процентах по отношению к максимальному значению.

Точками на кривой обозначены годы, предшествующие датам публикации отчётов Центрального бюро (Папка АА, 2004-2018), а также датам переизданий основной книги мирового сообщества АА «Анонимные алкоголики» (“Big Book” или «Большая книга»; см.: БК, 1939-2011), которая также содержит данные о количестве групп АА (см.выше). Точки соединены на рисунке жирной линией, доведённой до 2017 года, т.е. годом ранее даты опубликования последнего замера. Это и есть кривая «наблюдаемого роста» числа групп АА. На ней хорошо различимы три участка с различной крутизной. Отрезок от середины 1950-х гг. до сер.1970-х гг. демонстрирует сравнительно медленный прирост. На сменившем его втором участке от сер.1970-х гг. до начала нулевых годов XXI века, наблюдается ускоренный рост, а в конце этого периода можно видеть непонятный кратковременный всплеск, хотя в целом заметна тенденция к плавному снижению роста в третьем периоде, начавшемся ок.2001 г. На графике эти участки разделены вертикальными отрезками. Рядом с этой кривой проведена ещё одна, примыкающая к ней вплотную. На графике она обозначена как «кривая предсказанного роста». Это её узаконенное название в научной литературе, и ниже мы рассмотрим её более подробно.

Обе кривые имеют одно любопытное свойство. Если показать их демографу, прикрыв ладонью подписи, и спросить, на что они похожи, то он наверняка ответит, что они напоминают ему графики роста населения, причём, кривая покороче описывает страну, в которой происходило явно что-то нехорошее – не то война, не то миграции населения, не то эпидемии болезней, о чём свидетельствуют всплески и спады кривой в правой её части. При этом, он отметит, что кривая, которая подлиннее, является, скорее всего, «идеальной» и иллюстрирует так наз. «нормальный» рост населения, при котором происходит его удвоение приблизительно каждые 20-25 лет (см., напр.: Хаггетт, 1979. С.182).

Биолог скажет, что в его науке точно такие же кривые описывают целый класс самых разных процессов: от роста численности популяций животных до увеличения массы тела организмов в процессе их роста, причём, это могут быть организмы, относящиеся к самым разным биологическим таксонам – от обыкновенных тыкв в теплице и дрожжевых клеток в закупоренной колбе с питательным раствором, до популяций мушек-дрозофил в закрытой банке с банановым желе, особей белых крыс, живущих в вольере, и населения больших городов (Pearl, 1925. P.24-28, 46-57. Fig.1-4, 10-15).

Специалист в области исторической географии найдёт в этом графике много общего с кривыми роста некоторых древних многонациональных государств, как, например, Римская империя, Российская империя и Оттоманская Порта, но при этом сделает важное замечание: скажет, что в исторической географии такие графики предназначены для оценки темпов роста не населения, а территории (см., напр.: Колесников, 2003. С.45-51).

Экономист скажет, что график демонстрирует одну из возможных графических представлений о динамике насыщения рынка каким-то товаром ограниченного спроса (так наз. «бум-кривая»; см., напр.: Жизненный цикл продукта, 2021).

То, что эти кривые имеют приложение в столь далёких друг от друга областях знания, доказывает, что они являются графическим выражением какого-то более общего закона. Очень часто такие закономерности оказываются давно известны математикам, которые, казалось бы, вообще не от мира сего и выводят свои законы чисто умозрительным путём, без всякой связи с реальностью. Действительно, если показать наши кривые математику, то он наверняка пожмёт плечами и скажет, что первая из двух кривых это какие-то каракули, а вот вторая представляет собой хорошо известную математическую функцию, которая в учебниках носит название «S-образной» или «логистической» и является графическим выражением уравнения Ферхюльста, описывающего такие формы роста, при которых происходит постоянное удвоение растущей величины за равные отрезки времени, при том дополнительном условии, что этот рост ограничен неким верхним пределом, по мере приближения к которому его скорость под действием неких сил начинает замедляться вплоть до полной остановки (Логистическое уравнение, 2021).

В символьном выражении это уравнение имеет следующий вид:

где Nt – количество групп АА в момент времени t;

Nmax – максимально возможное число групп АА;

e – основание натурального логарифма ≈ 2,7182;

a – коэффициент, определяющий минимальное значение N (чем он больше, тем эта точка не графике ниже, и наоборот);

b – коэффициент наклона логистической кривой (чем она больше, тем кривая круче, и наоборот);

t – время с момента начала роста (на прилагаемом графике «годы»).

С прикладной точки зрения, самым ценным свойством этого уравнения следует считать то, что результаты описываемых им процессов принципиально предсказуемы. Так, если мы будем взвешивать растущую тыкву через равные промежутки времени, заносить результаты взвешивания в таблицу, наподобие табл.2, и отмечать их на графике того же вида, что на рис.2, то получив всего несколько (но не менее трёх) точек, мы можем провести через них плавную кривую, продолжение которой покажет нам, в какой момент времени вес тыквы достигнет своего максимального значения и сколько она в этот момент будет весить. Но таким же способом мы можем измерять и предсказывать не только вес тыкв, но рост вообще всего, что поддаётся измерению: например, рост числа групп АА в стране или во всём мире. Единственное, что для этого требуется – это соблюдение двух оговоренных выше условий: 1) этот рост должен демонстрировать постоянное «удвоение» значений через равные промежутки времени, т.е. он должен иметь вид прогрессии (2, 4, 8, 16, 32, 64 и т.д.); и 2) мы должны быть уверены, что этот рост имеет «верхний предел».

На практике это осуществляется путём довольно кропотливого подбора значений “a”, “b” и Nmax и последующей их подстановки в уравнение (1), с тем чтобы достичь максимального совпадения точек кривой «предсказанного роста» с точками кривой «наблюдаемого роста».

В данном случае, значения a и b и Nmax были приняты равными 3.25 и 0.1 и 125000.

С точки зрения любого математика далёкого от прикладных задач, такая процедура покажется совершенно неэстетичной, тем не менее, к ней охотно прибегают представители самых разных наук – от физиков и биологов, до экономистов и историков, – поскольку точность полученных таким образом результатов часто оказывается довольно высока, особенно если оперировать большим количеством точек для измерения. Хотя, разумеется, в этом вопросе ближе к истине будет математик, а не прикладник. Дело в том, что в описанной процедуре есть несколько слабых мест, и самым слабым из них оказывается самый важный параметр в уравнении (1) – «максимальное значение роста» (Nmax), которое приходится устанавливать самому и делать это наугад и достаточно произвольно. Но реальная кривая наблюдений потому и названа «реальной», что на практике подвержена действию самых разных внешних факторов, которые вносят в неё какие-то искажения, природу которых не только не всегда удаётся объяснить, но зачастую их даже трудно идентифицировать с большей или меньшей уверенностью. Например, в нашем случае мы наблюдаем какой-то непонятный «всплеск» числа групп АА, который пришёлся на 2006 г. с последующим «спадом» значений в 2010 г. (рис.2). После этого необъяснимого колебания вверх и вниз рост числа групп АА выравнивается и, как можно видеть по показателям 2012 и 2017 гг., вновь начинает приближаться к значениям идеальной кривой. При отсутствии подходящего объяснения, наблюдателю ничего не остаётся, кроме как признать этот сбой «случайным отклонением» и принять в качестве рабочей гипотезы предположение о том, что, несмотря на все эти отклонения, значения коэффициентов “a” и “b” выбраны всё-таки верно, и что рост численности групп АА в мире достигнет своего потолка приблизительно к 2040 году.

Здесь имеется и другая тонкость. Достижение «максимума» на графике рис.2, установленного на уровне ок.125 тыс. групп АА, которое должно быть достигнуто приблизительно к 2040 г., вовсе не означает, что после 2040 г. никакого дальнейшего прироста групп АА наблюдаться не будет. Установленный максимум является действительным только при наличии «данного набора условий», действующих с 1954 г. по сегодняшний день. Если эти условия вдруг изменятся, то автоматически изменятся и значения, подставляемые в уравнение (1). Мы не знаем, что это за условия и сколько их всего, каков механизм их действия и как они сами влияют друг на друга. Это могут быть разные в разных странах культурные традиции и жизненные ценности, степень доверия людей друг к другу, общественное отношение к алкоголизму и наркомании, характер освещения этих тем в СМИ и рекламе, изменения в общественном сознании, и многое другое. Выявление этих факторов представляет собой отдельную большую задачу, которую можно сравнить с уравнением со многими неизвестными. Мы твёрдо знаем только одно – что рост очень сложных объёктов редко бывает плавным, но чаще имеет вид неких скачкообразных «циклов», когда смена набора условий, играющих роль стимулов и ограничителей, приводит к изменению темпов роста и установлению нового «предела роста» (Nmax) (см.: Pearl, 1925. P.63). Поэтому далее нам будет необходимо более внимательно рассмотреть сами условия, которые могут стимулировать или ограничивать рост групп АА.

Начать это рассмотрение можно с отмеченного выше кратковременного всплеска числа групп АА в мире, наблюдаемого в период 2006-2010 гг., за которым последовал столь же стремительный симметричный спад.

Во-первых, следует выяснить, был ли этот всплеск действительно «всемирным», или же он имел локальный характер? Поскольку данных о количестве групп АА по отдельным странам мне найти не удалось, пришлось ограничится данными, взятыми из тех же источников, в которых отдельные графы имеется только для двух стран – США и Канады, в то время как данные по всем остальным странам приводятся в совокупности, как «все остальные» (Папка АА, 2004-2018; БК, 1939-2011; см. табл.3,а).

Из этих же источников были взяты сведения о количестве анонимных алкоголиков в составе зарегистрированных групп (см.табл.3,б).

Имея данные о числе групп и численности анонимных алкоголиков, несложно вычислить средний размер групп АА (см. табл.3, в).

Результаты сравнения этих параметров на сводных графиках открывают довольно любопытную картину, которую можно видеть на представленных ниже графиках (см.: рис.3,а; 3,б; 3,в).

Таблицы 3,а и 3,б и график на рис.3,в описывают какие-то процессы, которые видны нам как на ладони, но смысл их остаётся совершенно непонятен. Мы видим, что в промежуток между 2004 и 2006 гг. произошло быстрое увеличение числа групп АА на 16%, при этом общее количество анонимных алкоголиков одновременно уменьшилось почти на такую же величину (на 15.4%). Это могло произойти только в одном случае – при одновременном уменьшении размеров всех групп в среднем на одну треть (см.табл.3,в).

Не менее загадочным представляется тот факт, что в 2010 г., т.е. всего через 4 года после описанных событий, размеры групп вновь восстановились почти до исходного значения. Складывается впечатление, что все эти неполные три года все группы АА только и делали, что дробились на более мелкие и отпочковывались друг от друга, в результате чего их средний размер уменьшился почти на треть (на 31.25%). А в течение следующих четырёх лет эти раздробленные группы вновь стали объединяться и к началу 2018 г. восстановились до значений 4/5 от своих прежних размеров 2004 г. (до 81.25%).

Судя по форме кривых на первых двух графиках, мы видим, что США и Канада к этому всплеску числа групп АА в 2005-06 гг. были совершенно непричастны. В США, где проживает большая часть всех анонимных алкоголиков планеты, никаких подъёмов и спадов в эти годы вообще не наблюдалось: в них число групп, как и общее количество участников плавно, но неуклонно увеличивалось, хотя число групп росло немного быстрее, из-за чего их средний размер уменьшился на 4.5% (рис.3,а).

На графике Канады тоже не видно никаких резких отклонений, хотя, в отличие от США, там наблюдался в те же годы не подъём, а спад показателей как числа групп АА, так и общего числа их участников (рис.3,б). Впрочем, Канада с её 5% вкладом в мировое движение АА и не могла существенно повлиять на общемировые показатели. Сказанное применимо и к СССР/России, в которой в настоящее время проживает вообще менее одного процента (0.6%) анонимных алкоголиков (АА России, 2021).

Следовательно, источник статистических резких колебаний следует искать где-то за пределами США, Канады и России, на четырёх оставшихся континентах: в Европе, Азии, Южной Америке или Австралии. Это ставит перед нами вопрос: какое масштабное событие, способное сильно изменить условия жизни одновременно многих миллионов людей, и где именно могло произойти в короткий отрезок времени между 2004 г. и 2006 гг., при том условии, что это событие совсем не затронуло США?

Что касается Западной Европы и Австралии, то о движении АА в этих регионах имеются лишь отрывочные сведения, не дающие никакого представления о динамике действующих там групп, но создающие вполне определённое впечатление, что 12-шаговая программа там не намного более популярна, чем в России.

Так, во Франции в 2017 г. число групп АА было ещё меньшим, чем в России и составляло 606 групп (против 739 в РФ) (АА, 2019). В Германии в 2012 г. их было больше, чем в РФ, но не намного – 2400 (против 500) (Группы самопомощи, 2013).

В Австралии на 2018 г. насчитывалось ок.1900 групп (ок.18 тыс.чел.), что представляется явно недостаточным для того, чтобы изменения в этой стране могли повлиять на мировую статистику (Melbourne AA, 2018). Для сравнения: в одной только Канаде, население в 1,5 раза больше, а количество групп АА – в 2,6 раза больше, чем в Австралии.

Что касается Европы, то единственным значимым событием континентального масштаба, которое произошло как раз в 2004 г. была ратификация договора о присоединении к Европейскому Союзу сразу 10 государств Восточной и Южной Европы: Кипра, Чехии, Эстонии, Венгрии, Латвии, Литвы, Мальты, Польши, Словакии и Словении с совокупным населением ок.74.7 млн.чел., почти половина которого приходится на одну Польшу (Расширение ЕС, 2018). Теоретически оно могло стимулировать рост числа групп в этих странах, но вряд ли в настолько большом объёме, чтобы это могло отразиться на графике общемировых показателей, поскольку известно, что движение АА стало развиваться в них ещё за 10-15 лет до этого события и оно было там таким же робким и вялым, как и в СССР/России. Единственным исключением в приведённом списке была и поныне остаётся одна Польша, в которой на нач.2002 г. действовало 1694 группы АА. В остальных из перечисленных стран количество групп было несравненно меньшим – от 17 (в Словакии) до 57 (в Венгрии) (Восточноевропейская встреча, 2002).

Таким образом, мы должны признать, что расширение границ ЕС в 2004 г. также не могло стать причиной описанных выше изменений в динамике роста АА.

Совокупное население в 15 странах Южной Америки составляло на начало III тысячелетия ок.400 млн.чел., причём почти половина приходится на 3 страны – Бразилию (ок.190 млн.), Колумбию (ок.45 млн.) и Аргентину (ок.40 млн.). Статистики движения АА по этим странам либо не существует, либо она мне недоступна (Южная Америка, 2022).

В странах Азии и Южной Америки группы АА существуют давно, но никаких данных о них, более или менее пригодных для статистики, мне не удалось найти вообще.

Подводя итог сказанному, мы должны будем признать это наше «Размышление» незаконченным, а причиной незавершённости считать именно хроническую нехватку точных данных. Надо думать, этот дефицит информации уже в ближайшем будущем начнёт заполнятся обильными выдумками, которые, ввиду вечной актуальности темы алкоголизма и наркомании, неминуемо примут форму мифов, типологически сопоставимых с библейскими.

В заключение, нам осталось немного поразмышлять о той роли, которую сыграло движение АА в истории нашей страны – позднего СССР и России, и какие его могут ожидать перспективы на российской почве. Этому посвящено наше следующее и последнее

Размышление №12. История движения АА на общем фоне истории России.

Следует признать, что Бюро обслуживания АА в России чаще публикует пригодные для статистики данные, чем это делают местные бюро всех остальных стран мира, не считая США и Канады. Правда, в этих данных присутствует некоторый разнобой, из-за чего в СМИ попадают отличающиеся друг от друга оценки, касающиеся одних и тех же периодов. Выше в «Размышлении №2» был приведён обзор источников, которые были привлечены мною для этого исследования; здесь мы просто суммируем их в один свод и представим его в табличной форме (АА Здоровье, 2017; Ситнева, 2012; ИЛ_04.2014; Нейфах, 2013; 44 вопроса, 2013; Обзор, 2017; ААР, 2022; ААР. Конференция, 2022; АА ВКонтакте, 2022; см.табл.4).

Данные, которые были взяты из разных источников и отличались друг от друга, были разделены в таблице дефисами. Нормализация значений достигалась за счёт перевода абсолютных значений в проценты по отношению к максимальному значению ряда (750).

Двумя жирными линиями на графике рис.2 в его правой части отмечены минимальные и максимальные значения одновременных показаний, взятых из разных источников. (Ср.: БК, 1939-2011; Папка АА, 2004-2018; 44 ответа, 2013; АА, 2019; более подробное описание состояния источников см. в: «Размышлении №2»).

В графическом представлении этот рост кардинально отличается от обычного экспоненциального роста (ср.: рис.4 и рис.2):

Если в мировом масштабе этот график имеет вид более или менее плавной кривой (если не считать кратковременного скачка 2004-2006 гг.), то в России немного похожий по форме рост наблюдался только первые 12-13 лет (1987-нач.2000-х гг.), после чего наступил 10-летний период его почти полной остановки. В 2010‑е гг. этот прирост возобновился и продолжил идти прежними темпами (ср.: рис.1 и 2).

Это было первое большое отличие динамики групп АА в СССР/России от общемировых показателей, и мы к нему ещё вернёмся в конце нашего «Размышления». Другие характерные отличительные черты, которые движение АА приняло на русской почве, и которые не получили отражение в приведённой выше таблице и на графике, были по отдельности рассмотрены в предыдущих «Размышлениях», и нам осталось только свести их здесь воедино.

Таких отличий всего четыре.

Во первых, в США, как в большинстве других западных стран, прирост групп АА охватывал в равной мере как городское, так и сельское население, тогда как в СССР/РФ он ограничился преимущественно крупными городами. В сельскую местность, которая в России включает ок.150 тыс.населённых пунктов, движение АА/АН, по существу, так и не проникло (если не считать Республики Карелия и некоторых районов курортной зоны в Причерноморье).

Во вторых, как в США, так и в России доля устойчиво выздоравливающих, т.е. продолжающих посещать группы АА/АН и поддерживать с ними более или менее постоянные контакты на протяжении 2 лет и более, имела тенденцию к постоянному снижению: если на первых порах (в 1930-40-е гг. в США и в 1980-1990-е гг. в России) доля таких выздоравливающих достигала отметки 75%, то к настоящему времени она и тут и там снизилась до 10% (при среднем разбросе 8-11%) («Размышление №1, №6»).

В третьих, в религиозных Обществах трезвости, существовавших в России до 1917 г и возродившихся в ней с конца 1980-х гг. был отмечен точно такой же процент устойчиво выздоравливающих алкоголиков, что и в ранних обществах АА 1930-50х гг. – ок.75%, причём тенденции к снижению этого показателя тогда не отмечалось, как не отмечается и сейчас. Последнее обстоятельство может быть объяснено тем, что к подобной помощи прибегают исключительно верующие люди, т.е. в данном случае имеет место своеобразный «предварительный отбор» пациентов, психологически наиболее восприимчивых именно к такому виду терапии («Размышление №7»).

В четвёртых, по заключению независимых экспертов ВОЗ из организации «Кокрейн» (Cochrane), сделанному в 2006 г, правда, в отношении только алкогольной зависимости, групповая терапия на основе 12-шаговой программы не имеет, с точки зрения результативности, каких-либо выраженных преимуществ перед другими моделями «группового» не-медикаментозного лечения («Размышление №6»).

Поскольку сама 12-шаговая модель во всех своих приложениях всегда оставалась законченной программой, не подвергавшейся и принципиально не могущей быть подвергнутой никаким исправлениям или модификациям, можно сделать вывод, что она изначально была приспособлена к определённому набору социально-психологических характеристик личности, проявляющемуся на уровне масштабных этно-культурных или этно-социальных, или даже цивилизационных образований, каковыми и являлись в последние столетия весь Западно-христианский мир, включая страны Нового Света и Австралию, и вся Российская империя вместе с её предпоследним формообразованием – СССР.

При такой постановке вопроса, его рассмотрение уже не может ограничиться рамками одной медицинской психологии, и должно быть с необходимостью смещено в область общественной истории и социальной психологии. И именно в этих сферах жизни в обеих империях не протяжении последних 30 лет произошли и продолжают происходить наиболее значительные изменения. Парадоксальным представляется тот факт, что при внешней схожести этих изменений они в двух отмеченных странах направлены в диаметрально противоположные стороны.

В России начиная с 1980-х гг. в общественном сознании усиленно культивировался (и продолжает культивироваться) некий идеализированный образ «общества свободной рыночной экономики». Парадоксально, но в качестве такого идеала предлагается совершенно архаичная модель общественных отношений, описывающая такой тип общества, каким была Советская Россия в 1920‑е гг. в период ленинской «новой экономической политики» (НЭП), или США того же времени, т.е. до «Великой депрессии» 1920-30‑х гг. и до реформ Ф.Д.Рузвельта, каковые этот тип общества, по существу, и упразднили. При этом органами государственной власти РФ было сделано и делается всё возможное, чтобы сохранить и укрепить государственно-бюрократический механизм, который был унаследован теперешней властью от Советского Союза, и который сильно препятствует реализации этого идеала.

А США в те же 1990‑е гг. продолжали и сейчас продолжают ускорять сильно заторможенный «холодной войной» процесс государственного строительства, который в последнее время позиционируется его авторами как установление некой новой формы «мирового порядка» на основе «глобальной цифровизации» и некоторых других не менее фантастичных идей, наподобие «отмены капитализма» и «упразднения национальных государств». Но на практике это скорее всего выльется в банальную трансформацию государственных и общественных институтов США (причём одних США) в некое подобие того, чем был Советский Союз в период его последнего расцвета в первой половине 1970-х гг. При этом делаются попытки сохранить прежнюю рыночную экономику и основанную на ней классовую стратификацию общества, для которых этот процесс губителен, но тщетность этих попыток видна уже сейчас.

Картина вырисовывается довольно курьёзная: США мечтают превратиться в СССР 1970‑х гг., а бывший СССР стремится стать подобием США эпохи 1920‑х гг. Сейчас это умонастроение не так заметно, но в сумбурные и бестолковые времена 1990‑х гг. оно было именно таким, – чтобы в этом убедиться, достаточно перелистать архивы популярной периодики, выходившей в обеих странах в те годы.

Если на этом общем фоне рассмотреть 12-шаговую программу и выделить культивируемые ею типические черты личности «идеального выздоравливающего», то не трудно заметить, что в этой личности присутствуют многие (если не все) основные черты, описанные ранее в «Моральном кодексе строителя коммунизма», как то: неприятие гордыни, своекорыстия и эгоцентризма, готовность всегда прийти на помощь ближнему, моральная чистоплотность, дружелюбие, воспитание в себе таких черт характера, которым чужда алчность и злоба, своеволие и похоть, уныние и одиночество, и т.п. Когда-то эти качества требовалось знать и уметь цитировать при приёме в пионеры, комсомольцы и в члены КПСС. Верующих людей тогда порицали отнюдь не за то, что они таких взглядов не придерживались (они их придерживались), – их осуждали за «лицемерие» и отсутствие «активной жизненной позиции», т.е. за то, что они этих взглядов придерживались только «на словах», а жили совсем по другим канонам, как то: «непротивление злу», «невмешательство», перекладывание личной ответственности на Бога, вера в «загробное воздаяние» и т.д.

Иными словами, если оставить в стороне идею «Высшей Силы», то идеал «выздоравливающего по 12 шагам» практически ничем не отличается от образа идеального строителя коммунизма в том виде, в каком он окончательно сформировался в 1960-70-е гг.

(Заметьте: в обоих случаях – не «коммуниста», а именно «строителя коммунизма», как и не «выздоровевшего» от алкоголизма, а именно «выздоравливающего»! В СССР к началу 1970-х гг. никто из трезвомыслящих людей реально уже не верил в возможность построения коммунизма, каким его описывали теоретики марксизма-ленинизма, даже в перспективе будущих поколений. В движении АА точно так же никто не верит в возможность избавления от зависимости, но взамен этой веры предлагают алкоголику веру в возможность прожить остаток его жизни «вместе» с этой зависимостью, причём прожить её полнокровно и полноценно).

Таким образом, можно сделать вывод, что в идеологическом пространстве США вектор духовного развития любого алкоголика или наркомана, активно выздоравливающего по 12-шаговой программы, в целом «совпадает» с общей направленностью тех изменений, которые переживает в настоящий период его страна, эволюционирующая в сторону социализма на государственной основе (или «государственного капитализма»).

С другой стороны, алкоголик или наркоман, выздоравливающий по 12-шаговой программе в идеологическом пространстве современной России, не может не ощущать некоторой двусмысленности и даже фальши своего положения: программа предлагает ему жить и духовно совершенствоваться на основе тех самых принципов коллективизма, товарищества, честности и взаимопомощи, которые в российском общественном сознании всегда связывались именно с коммунистическими идеалами, т.е. с идеалами того общественного строя, от пережитков которого с таким негодованием и отвращением открещивается сегодня вся система государственной и общественной пропаганды его страны. Иначе говоря, вектор духовного развития выздоравливающего алко- и наркозависимого в России принципиально «не совпадает» с общим вектором развития «России в целом».

Первые годы XXI в. явились для России в каком-то смысле переломными. Они отметили окончание перехода России на западную модель экономики, политики, культуры и образа жизни. Эксперты Хельсинкской комиссии, сделали в 2011 г. вывод о том, что движение АА/АН не распространяется в России такими же победоносными темпами, как в США и в других странах проамериканской ориентации только потому, что «постсоветская культура в России ещё полностью не сложилась» (см.: «Размышление №2).

Эксперты были не правы. Она именно тогда и сложилась, причём в том максимальном объёме, который только и был возможен в России при её переходе с одной цивилизационной модели на другую.

Подобные переходы Россия совершала и ранее, и всякий раз они носили характер революционных изменений.

Первый раз она сделала это в конце X в. при князе Владимире Крестителе. Второй раз – в начале XVIII в. при Петре I. Третий поворот Россия совершила в 1917 г. при В.И.Ленине, и он только по видимости был направлен против господствующей в ту эпоху западной модели развития. На самом деле, он воплотил в себе всё, что тогда считалось самым передовым в культурной и общественно-политической жизни Европы и Америки, – от провозглашённого К.Марксом примата экономики и научно-технического прогресса над всеми остальными сферами общественной жизни, до попытки реализации всех передовых общественных идей того времени, включая гражданское полноправие женщин и отделение церкви от государства. Многие из этих преобразований не удались, да и не могли удастся по разным причинам, главная из которых заключалась в необходимости сохранения самого субъекта преобразований – России и самого русского народа как этно-культурной и цивилизационной целостности. Эта необходимость и была тем единственным фактором, который сдерживал темпы и ограничивал масштабы всех проводимых большевиками преобразований. Если бы оказалось возможным перейти и эту черту, «преобразовывать» было бы уже нечего, некому, и в сущности, незачем.

Но то же самое происходило и со всеми начинаниями Петра I, которые тоже были реализованы далеко не все и далеко не в полном объёме. Основы основ Российского государства – мужиков, прикреплённых к служивому сословию государственных чиновников и воинов – преобразования Петра I и его преемников не коснулись совершенно, вплоть до крестьянской реформы проведённой имп.Александром II в 1861 г.

То же самое произошло и с религиозной реформой Владимира Крестителя, преемникам которого понадобилось потратить ещё несколько столетий на искоренение остатков язычества в русской культуре, причём со многими из языческих пережитков (как, напр., культ Масленицы или праздник Купало, и др.) пришлось просто смириться, кое-как адаптировав их к христианским нормам и ценностям. Идти дальше этих полумер Русское государство просто не могло, не рискуя разрушить самых глубинных основ корневого русского этноса и его культуры.

Если рассматривать движение АА/АН под таким углом зрения, то оно предстанет перед нами неким второстепенным нововведением, проводимым в рамках более масштабных преобразований, типологически схожих с реформами Владимира Крестителя, Петра I и В.И.Ленина.

Свой ресурс развития это движение в основном исчерпало уже к 2001 г., но исчерпало его только применительно к тем условиям, которые действовали на пост-советском пространстве в период 1990-х гг.

Приблизительно с 2000 по 2010 гг. стали выстраиваться новые наборы условий и установился новый «предел роста», который мы можем оценить лишь весьма предположительно, поскольку имеющийся в нашем распоряжении отрезок времени слишком мал и едва покрывает одно десятилетие с 2011г. по 2021 г.

Мы можем предположить, что максимальная количество групп АА в России будет достигнуто в последней четверти века, и его значение составит тогда ок.1400 групп. В таком случае, наибольшее совпадение логистической кривой с максимальными значениями наблюдаемого роста (верхняя из двух кривых на рис.4) будет достигнуто путём подстановки в уравнение (1) следующих значений: максимально возможное число групп АА (Nmax) = 1400; коэффициент a = 1.125; коэффициент b = 0.09 (см.рис.5)

Таким образом, к 2030 г. с наибольшей вероятностью можно ожидать, что число групп АА в России превысит отметку 1000, но это будет наблюдаться только в городах с населением ок.1 млн.чел. и более, или же в сравнительно небольших курортных городах-рекреациях. Если это произойдёт, то следующую остановку роста числа групп АА следует ожидать приблизительно к 2070-75 гг.

28.06.2019 – 07.03.2022

Литература:

12 шагов, 1946 – Двенадцать шагов и двенадцать традиций (1946) // https://aa-book.net/12-shagov-i-12-tradicij-aa/

12 шагов вне АА, 2014 – 12 шагов вне АА, 2014 // https://www.russiana. com/history/12-шагов-вне-аа/

12-шаговые группы. Форум, 2013 – 12-шаговые группы АА/АН/АлАнон. Форум // https://azbyka.ru/forum/threads/12-shagovye-gruppy-anonimnyx-alkogolikov-anonimnyx-narkomanov-al-anon.11088/page-2

44 ответа, 2013 – 44 вопроса и ответа относительно программы АА по исцелению от алкоголизма // https://docviewer.yandex.ru/view/0/

AA, 2013 – «Анонимные Алкоголики» на русском и английском языках (4‑е изд.) – Нью-Йорк, 2013 // http://www.aaurora.ru/bigbookplus.html

АА, 2019 – Анонимные Алкоголики – frwiki.wiki // https://ru.frwiki.wiki/wiki/Alcooliques_anonymes

ААР, 2022 – Анонимные Алкоголики России. Сайт Анонимных Алкоголиков России // https://aarussia.ru/

ААР. Конференция, 2022 – Анонимные Алкоголики России. Конференция, итоги // https://aarussia.ru/forum/комитет-по-конференции/2017г-конференция-итоги/

АА Здоровье, 2017 – АА: 12 шагов к здоровью // https://medaboutme.ru/ zdorove/ublikacii/stati/sovety_vracha/anonimnye_alkogoliki_12_shagov_k_zdorovyu/

АА России, 2019 – Анонимные Алкоголики России. Исторические вехи АА // http://aarussia.ru/historyaa/

АА России, 2021 – Анонимные Алкоголики России. Папка основных сведений об АА- https://aarussia.ru/2017/11/15/papka/ = https://aarussia.ru/russiagroups/

АА ВКонтакте, 2022 – ВКонтакте // https://vk.com/wall603901386_3

Аверкиева, 1979 – Аверкиева Ю.П. История теоретической мысли в американской этнографии. – М., 1979

Алкоголизм_Википедия, 2020 // https://ru.wikipedia.org/wiki/Алкоголизм# Лечение_ алкоголизма

Алкоголизм_БЕ – Брокгауза и Ефрона ЭС (1890-1907)

Алкоголик, 2019 – Алкоголик в Оксфордской группе. Доктор Боб и славные ветераны // https://med.wikireading.ru/144629

Антонюк, 2016 – Антонюк Е. Борьба за трезвость. Как в России и СССР боролись с пристрастием к алкоголю // https://life.ru/t/история/901539/

Архив АА, 2017 – Статистические данные об Анонимных Алкоголиках в России. Архив материалов АА // http://анонимные-алкоголики.рф/2017/05/01/).

АН, 2020 – Анонимные наркоманы – Википедия // https://ru.wikipedia.org/wiki/Анонимные_наркоманы

АЭ_Письмо врача, 2002 // https://ru.b-ok.org/book/3219604/bcd9c9

БК, 1939-2011 – Анонимные алкоголики (изд. 1939, 1955, 1976, 2001, 2011, 2018). – Пер. с англ. // http://www.aarus.ru/pdf/ bigbook.pdf

Батищев, 2002 – Батищев В.В. Программа «12 шагов» и ее место в лечебно-реабилитационном процессе в стационаре для больных алкоголизмом. Автореферат дисс…канд.мед.наук. – М.

Батищев, 2021 – Батищев В.В. Современные модели организации наркологической помощи с реабилитационной направленностью // http://narkomedcentr.ru/vidy-reabilitatsii-bolnykh-zavisimostyami/sovremennye-modeli-organizatsii-narkologicheskoj-pomoshchi-s-reabilitatsionnoj-napravlennostyu.html

Батищев, Негериш, 2011 – Батищев В.В., Негериш Н.В. Миннесотская модель лечения зависимости от ПАВ // http://www.psychological-center.ru/nauchnye-publikatsii/minnesotskaja-model-lechenija-zavisimosti-ot-pav.html

Бачинин, 2011 – Бачинин И. Как организовать общество трезвости на приходе. Практические рекомендации // http:// azbuka.ru

Брошюры АА, 2011 – Брошюры Анонимных алкоголиков // https://aa-online.ru/wp-content/uploads/2020/05/AA-Broshjury-AA.pdf

Бухман, 2012 – История. «Инициативы перемен» с 1908 по 2012 гг. // https://www.iofc.org/ru/abt/history

Виноградов Д. Ройзман лечит наркоманов голодом и трудом. – РИА Новости (22.03.2011) // https://ria.ru/20110322/356639909.html

Восточноевропейская встреча, 2002 – Восточноевропейская встреча служб АА // https://aa-service.org/восточноевропейская-встреча-служб-а/

Вся правда, 2018 – Вся правда о реабилитационных центрах для алкоголиков и наркоманов // https://pikabu.ru/story/vsya_pravda_o_reabilitatsionnyikh _tsentrakh_dlya_narkomanov_i_alkogolikov_chast_pervaya_6172766

Горский_Понимание – Горски Теренс Т. Понимание Двенадцати Шагов. Руководство для консультантов, терапевтов и выздоравливающих (н.д.) / https://klex.ru/qqu = http://royallib.com

Горский_Путь выздоровления – Горски Т. Теренс Т. Путь выздоровления (План действий для предотвращения срыва) (н.д.) // http://royallib.com/book/terens_t_gorski/put_vizdorovleniya__plan_deystviy_dlya_predotvrashcheniya_sriva.html

Группы самопомощи, 2013 – Группы самопомощи в Германии // https://www.deutschland.de/ru/topic/obsestvo/obsestvo-integracia/selbsthilfegruppen

Гумилёв, 1965 – Гумилёв Л.Н. Этногенез и биосфера Земли: Дисс…доктора геогр. наук. – Л., 1965–1973. – 288 л. – Рукопись

Гурвич, 2019 – Гурвич И.Н. Оценка методики ТРГЗ // https://mylektsii.ru/2-70255.html

Дом надежды, 2018 – «Дом Надежды на Горе» – первый в России благотворительный центр реабилитации от алкоголизма // http://houseofhope.ru/

Емельянов, 2019 – Емельянов Н. Сколько в России воцерковлённых христиан? // https://pravoslavie.ru/121035.html

Еп.Александр, 1998 – Епископ Александр (Милеант). Религии и секты в современной России. Справочник (1998) = https://azbyka.ru/ otechnik/ AleksandrMileant/spravochnik-religii-i-sekty-v-sovremennoj-rossii/

Жить трезвым, 1990 – Жить трезвым. – N.-Y. = https://aa-online.ru/wp-content/uploads/2020/05/Zhit-trezvymi.pdf

За меня мама заплатила, 2018 – «За меня мама заплатила 218 тысяч»: что происходит в «реабилитационных центрах» для наркоманов // https://www.9111.ru/questions/777777777261040/

Замятина 1998 – Замятина Н.Ю. Зона освоения (фронтир) и ее образ в американской и русской культурах // Общественные науки и современность. – № 5. – С.75-88

Зенцова, 2015 – Зенцова Н.И. Системная модель психологического этапа реабилитации больных наркоманией. Автореферат дисс…доктора мед.наук. – М.

Злобин, 2017 – Злобин Д. Про 12 шагов в реабилитационных программах // https://www.b17.ru/article/85877/

Игонин, 2007 – Игонин А.Л. Общество Анонимных Алкоголиков и перспективы его деятельности в России (обзорное сообщение) // Наркология. – №1. – С.54-58 = http://objects.antiprop.ru/narcology01/ 2007_01_09.pdf

Игум.Анатолий, 2007 – Игумен Анатолий (Берестов) Сравнительный анализ православной методики реабилитации и программы «12 шагов» // https://ruskline.ru/analitika/2007/10/20/sravnitel_nyj_analiz_pravoslavnoj_metodiki_reabilitacii_i_programmy_12_shagov

Игум.Иона, 2015 – Игумен Иона (Займовский). Сладкий Плод Горького Дерева. Слово в поддержку программы «12 шагов» // https://aasemia.ru/aa-i-obshhestvo/pravoslavie/

Избавление, 1997 – Избавление от алкогольной зависимости по методу ТРГЗ – Техника распознавания голоса зависимости // https://tasha.elqo.ru/posts/97-izbavleniye-ot-alkogolizma-po-metodu-trgz-tehniki-raspoznavaniya-golosa-zavisimosty.html

ИЛ_04.2014 – «Информационный листок Питерского АА». – №4 // http://www.aaspb.ru/pdf/04.2014.pdf

Интеграция, 2007 – Интеграция: Практическое руководство для консультирования людей с химической и другими зависимостями / http://objects.antiprop.ru/narcology01/2007_01_09.pdf

Интервенция, 2021 – Интервенция алкоголика и наркомана. РЦ «Чистый день» // https://cleardays.ru/interventsiya-alkogolikov-i-narkomanov/

История барнаульца, 2018 – Реабилитационный центр или концлагерь: история барнаульца // https://rehab-centers.ru/reabilitatsionnyy-tsentr-ili-kontslager/

История выздоровления, 2020 – История выздоровления солевой наркоманки. Ч.2 Реабилитационный центр // https://pikabu.ru/tag/Реабилитация%20наркозависимых/hot

Как поступить в Центр, 2015 – http:// Христианский благотворительный фонд «Старый Свет». Как поступить в Центр // stsv.org/kak-postupit-v-tsentr.html

Каклюгин, 2010 – Каклюгин Н. «12 шагов» в РПЦ – быть или не быть? // https://ruskline.ru/analitika/2010/03/23/12_shagov_v_ russkoj_pravoslavnoj_cerkvi_byt_ili_ne_byt

Киржанова, 2019 – Киржанова В.В., Григорова Н.И., Киржанов В.Н., Сидорюк О.В. Состояние и деятельность наркологической службы в Российской Федерации в 2017 году. Аналитический обзор. – М. = http://congress-ph.ru/common/htdocs/upload/fm/vich/19/027.pdf

Корш, 1894 – Корш М. Пифагор // Краткий словарь античности. – Спб

Колесников, 2003 – Колесников М.А. Греческая колонизация Средиземноморья (опыт анализа миграционного механизма). – Киев

Кропоткина, 2013а – Кропоткина А. С Божией помощью воздерживаться от всего опьяняющего. – Ч.1: Повседневная жизнь обществ трезвости рубежа XIX–XX веков // http://pravoslavie.ru

Кропоткина, 2013б – Кропоткина А. Общества трезвости рубежа XIX–XX веков // http://pravoslavie.ru/59515.html

Лествица, 2021 – Википедия // https://ru.wikipedia.org/wiki/

Логистическое уравнение, 2021 – https://ru.wikipedia.org/wiki/

Мананникова, 1989 – Мананникова Н.В. Воспитательный дом. Детский приют // БМЭ 3-е изд. (ред.: Петровский Б.В.), М., 1974-1989

Маюров, 2014 – Маюров А.Н. Сухой закон в Российской Империи – РСФСР (1914-1920 гг) // Экономические стратегии. – №4 = http:// inesnet.ru/2014/06/suxoj-zakon-v-rossijskoj-imperii-rsfsr-1914-1920-gg/

Милосердие.ru, 2008 – Либо пей по уставу, либо вовсе не пей / Портал Милосердие.ru //       https://www.miloserdie.ru/article/libo-pej-po-ustavu-libo-vovse-ne-pej/

Мелиоранский, 1907а – Мелиоранский Б.М. Сектантство // Брокгауза и Ефрона ЭС (1890-1907)

Мелиоранский, 1907б – Мелиоранский Б.М. Христианство // Брокгауза и Ефрона ЭС (1890-1907)

Методизм_Википедия // https://ru.wikipedia.org/wiki/Методизм

Миколайчук, 1919 – Миколайчук Д. Как лечили наркоманов в реабилитационном центре во Владивостоке – Сноб // https://snob.ru/entry/181557/

МН, 2004-2019 – Анонимные Алкоголики. Группа АА Московские Начинающие Россия, Москва _ Alcoholics Anonymous, Moscow Beginners, Russia, Moscow // http://www.mos-nach.ru

Нарком-техника, 1996 – НарКом – «Техника Распознавания Голоса Зависимости» (ТРГЗ) // https://www.narcom.ru/selfhelp/crash.html

Нейфах, 2013 – Нейфах Л. Почему «Анонимные алкоголики» не приживаются в России? // https://inosmi.ru/russia/20131107/ 214536900.html

Никифоров, 1986 – Никифоров А.С. Бехтерев (ЖЗЛ). – М.

Никишенков, 2008 – Никишенков А.А. История британской социальной антропологии. – М., 2008 = https://culture.wikireading.ru/29227

Обзор всех РЦ, 2019 – Обзор всех анонимных наркологических клиник и реабилитационных центров РФ // https:// наркологические-клиники.рф/

Обзор специалистов, 2017 – Каклюгин Н.В., Бельков С.Н., Костюкова Т.А. и др. Программа «12 шагов». Обзор специалистов: Сайт об антинаркотической деятельности РПЦ «Нашёлся!» (2017) // https://www.protivnarko.ru/programma-12-shagov-obzor-spetsialistov/

Общества_БЕ, 1907 – Брокгауза и Ефрона ЭС (1890-1907)

Ожегов С.И. – Ожегов С.И., Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка / под ред. Ушакова Д.Н. (Т. 1-4). – М., 1935-40

Осипчук, 2005 – Осипчук В.Н. Некоторые психологические особенности участников движения АА/АН / Теория и практика противодействия наркомании и алкоголизму. – Вып.2. – С. 79-84 = http://evolkov.net/ addiction/AA/ psychol.AA.critique.html

Основы логистики, 2021 – Основы логистики // http://www.grandars.ru/college/logistika/logistika.html

Офицерова, 2019 – Офицерова Е. Кто зарабатывает на наркозависимых? // https://narcologos.ru/154810

Папка АА, 2004-2018 – Папка основных сведений об АА (подготовлена Бюро общего обслуживания АА). – N.-Y.,

(2004) https://flatik.ru/papka-osnovnih-svedenij-ob-a-a-podgotovlennih-ofisom-po-obshem

(2005) utahaa.org/pamphlets/m-24_aafactfile.pdf = https://orangenyaa.org/wp-content/uploads/2018/10/aa_fact_file.pdf

(2007) https://aarus.ru/pdf/AAFactFile.pdf

(2011) https://aaspb.ru/wp-content/uploads/2014/01/Papka-osnovnyie-svedeniya_2014.pdf

(2018) https://www.aa.org/aa-fact-file

Патров, 2013 – Любому ли россиянину от пьянства помогут в АА? // https://narcofree.ru/metodi_lecheniya_alkogolizma/ anonimnie_ alkogo liki_v _rossii

Перова, 2016 – Перова А. «Твою мать, похоже на сюр». Как я сходила на собрание Анонимных Алкоголиков (Минск, 03.10.2016) // https://kyky.org/pain/tvoyu-mat-pohozhe-na-syur-kak-ya-shodila-na-sobranie-anonimnyh-alkogolikov

Письмо СМ, 2008 – Совет муфтиев России к АА (2008) // https://aasemia.ru/aa-i-obshhestvo/musulmane/

Правмир, 2009 – Что имеется в виду под благословением Патриарха программы «12 шагов»? // https://forum.pravmir.ru/showthread.php?t=1

Православие, 2015 – Камень его же небрегоша зиждущи сей бысть во главу угла // https://elitsy.ru/communities/34430/88567/

Принципы 12 шагов, 2007 – Принципы 12-ти шагов и когнитивная терапия // https://studwood.ru/1242347/psihologiya/printsipy_shagov_kognitivnaya_ terapiya

ПРЦА, 2019 – Православные реабилитационные центры для алкоголиков // https://manexpert.club/pro-alkogol/besplatnye-pravoslavnye-tsentry-reabilitatsii-alkogolikov.html

Рассказ приятеля, 2021 – Рассказ приятеля, попавшего в реабилитационный центр // https://nonarko.ru/rebcentr.html

Расширение ЕС, 2018 – Расширение Евросоюза в 2004 г. – Википедия site:wiki2wiki.ru // https://wiki2wiki.ru/wiki/2004_enlargement_of_the_European_Union

Ресоциализация, 2017 – Ресоциализация и постреабилитационная программа «Дом на полпути» // http://stsv.org/programma-resotsializatsii-1.html

Решетка и дневник, 2012 – Решетка и дневник. Как лечит наркоманов Евгений Ройзман (02.07.2012) // https://lenoblinform.ru/news/reshetka-i-dnevnik-kak-lechit-narkomanov-evgenij-r.html

Ройзман, 2015 – Ройзман: вот такая «борьба с наркотиками» // https://imed3.livejournal.com/2947106.html

Рокфеллер и АА, 2017 – Рокфеллер и Анонимные Алкоголики // https://www.nazdor.ru/topics/lifestyle/thinking/current/457083/

Савельев, 2013 – Савельев В.Г. «Анонимные алкоголики» в России не прижились // https://vg-saveliev.livejournal.com/554559.html

Сайт бывшего наркомана, 2021 – Сайт бывшего наркомана. Посмотри на проблему изнутри (2021) // https://nonarko.ru/index.html

Система помощи 2011 – Система помощи наркозависимым в РФ (на 13 декабря 2011 г.) // https://ria.ru/20111213/515844204.html

Ситнева, 2012 – Ситнева Н. История создания и главные принципы работы самых известных терапевтических сообществ. // http://nsitneva. blogspot.com/2012/01/blog-post_12.html

Советы, 2021 – Советы по выбору наркологического центра реабилитации // https://stopz.ru/informaciya/narkomaniya/kak-pravilno-vybrat-reabilitacionniy-centr/

Средний мозг, 1978 – Большая Советская Энциклопедия. – М.

Старый Свет_Расписание, 2017 // http://stsv.org/raspisanie-reabilitatsionnogo-tsentra.html

Статистика верующих, 2019 // https://vawilon.ru/statistika-veruyushhih/ #veruyushhie-i-ateisty

Статистика лечения, 2018 – Статистика лечения от алкоголизма // http://uralmodulstroy.ru/lechenie-alkogolizma/statistika-lecheniya-ot-alkogolizma

Сун, 2016 – Сун И. Что такое шаги Анонимных Алкоголиков? Правда и мифы об АА // https://opsihike.ru/pomogi_sebe_sam/shagi-anonimnyx-alkogolikov.html

Тарасов, 2016 – Тарасов П. Какие бывают реабилитационные центры? // Блог о наркомании «Наркотикам – нет!» // http://narkotikam-net.ru

Традиции 12 шагов, 2019 – Традиции Двенадцати Шагов и когнитивное консультирование // https://studwood.ru/1242349/psihologiya/traditsii_ dvenadtsati_ shagov_kognitivnoe_konsultirovanie#67

Тримпи, 1997 – Тримпи Дж. Анонимные Алкоголики, это секта! // Журнал рационального выздоровления». – № 9. – вып.5 (май-июнь) = http://modskt.pravorg.ru/1997/11/28/dzhek-trimpi-anonimnye-alkogoliki-onechno-eto-sekta/

Тримпи & Тримпи, 1998 – Тримпи Дж., Тримпи Л. Отмена: Оздоровительное групповое движение закрыто! // https://narcom.ru/selfhelp/crash/ cancelled.html

Ушакова, 2014 – Ушакова А.Д. Восемнадцатая поправка к Конституции США: причины и реакция // История и археология. № 11 = http://history.snauka.ru/2014/11/1278

ФВА, 2005 – Форум взаимопомощи при алкоголизме // http: // notdrink.ru/

Ферхюльст, 2021 – Википедия // https://ru.wikipedia.org/wiki/Ферхюльст,_Пьер_Франсуа

Хельсинки, 2011 – Россия: Есть ли у программы «Анонимные алкоголики» будущее? // https: // russian.eurasianet.org/node/58810

Хроника АА, 2016 – Хроника АА в России (апрель 2016) // http://aa-service.org/hronika_aa_rossii/

Цукерман, 2014 – Цукерман А. Извечное искушение 12-шаговой лестницей на курьих ножках (АА/АН) // https://andronnik26.livejournal.com/56684.html

Челищева, 2019 – Челищева В. Православные центры реабилитации для наркоманов // https://azbyka.ru/zdorovie/pravoslavnye-centry-reabilitacii-dlya-narkomanov

Штернберг, 1907 – Штернберг Л.Я. Чукчи // Брокгауза и Ефрона ЭС (1890-1907)

Шуров, 1919 – Шуров В.А. (ред.) Государственная наркологическая клиника в Москве // https://stranaprotivnarkotikov.ru/kliniki/gosudarstvennaya-narkologicheskaya-klinika-moskva/

Южная Америка, 2022 – Википедия // https://ru.wikipedia.org/wiki/Южная_Америка

Buchman, 2014 – Frank Buchman // Wikipedia. – https://en.wikipedia.org/wiki /Frank Buchman

Chaney, 2015 – Chaney R. Rational Recovery: A Bibliography of the Professional and Lay Literature // https://ebookpdf.com/jack-trimpey-ration-recovery

Dunning, 2014 – Dunning B. 12 Step Programs (15.07.2014) // https://skeptoid.com/episodes/4423 (перевод см.: Даннинг Б. 12-шаговая программа (22.07.2014) // https://www.skepton.ru/12-step-programs/)

Ferri et al, 2006 – Ferri M, Amato L, Davoli M. Alcoholics Anonymous and other 12-step programmes for alcohol dependence. Cochrane Database of Systematic Reviews, (3) // https://www.who.int/mental_health/mhgap/ evidence/alcohol/q6/en/

Lucky Luciano – Lucky Luciano // Wikipedia.

Melbourne AA, 2018 – Melbourne AA Men's Group // http://www.aamelbournemensgroup.net.au/

Pearl, 1925 – Pearl R. The Biology of Population Growth. – N.-Y.

RR, 2019 – Rational Recovery // Wikipedia // https://en.wikipedia.org/wiki/ Rational_Recovery.html

Shorkey, Uebel, 2009 – Shorkey C., Uebel M. Rational Recovery // Encyclopedia of Substance Abuse Prevention, Treatment, & Recovery (n/d) // https://www.academia.edu/21393474/Rational_Recovery

Talk, 2013 – ТРГЗ: Форум трезвых алкоголиков // https://forum.alconar.ru/ viewtopic.php?t=84&start=40

Trimpey, 1994 – Trimpey J. The final fix for alcohol and drug addictions (недоступна)

Trimpey, 1995 – Trimpey J. The Small Book: A Revolutionary Alternative For Overcoming Drug and Alcohol Abuse. – N.Y. // https://en.wikipedia.org/ wiki/Rational_Recovery.html (недоступна)

Trimpey, 1996 – Trimpey J. Rational Recovery: The New Cure for Substance Addiction. – N.Y. // Wikipedia // https://en.wikipedia.org/wiki/ Rational_Recovery.html (недоступна)

Trimpey J., 2010 – Trimpey J. Zero-Tolerance Ultimatum for Your Addicted Spouse or Significant Other (ASS) // https://rational.org/index.php?id=1

Trimpey J. & L., 2010 – Trimpey J. & L. Background // https://archive.ph/0XPKr

Vesvalo 07.09.2012 – Группа АА «Vesvalo»_Почему не растет количество групп по России? // http://vesvalo.net/txt/index.php/t40136.html

Vesvalo 08.03.2013 – Группа АА «Vesvalo»_Джек Тримпи. «Анонимные Алкоголики. Конечно, это секта // http://vesvalo.net/txt/index. php/t44561.html