# О новом человеке

Максим Горький

«По некоторым признакам можно думать, что мудрая речь товарища Сталина понята не во всей её глубине…»

[1]

Товарищ Сталин рассказал нам о причинах и о смысле стахановского движения[2]. Стахановское движение явилось результатом культурного роста рабочих и колхозников, результатом сознания ими победоносной силы и государственного значения социалистического труда, результатом освоения техники и роста в людях чувства ответственности пред родиной за свою работу, за своё поведение.

По некоторым признакам можно думать, что мудрая речь товарища Сталина понята не во всей её глубине. Понято развёрнутое товарищем Сталиным значение стахановского движения в производстве, но не делается выводов в наш быт, не совсем понятна социальная педагогика этой замечательной речи. А непонятна педагогика эта потому, что для большинства молодёжи нашей неясно коренное различие понятий: конкуренция и соревнование. В этом указании нет упрёка, ибо оно не имеет в виду чьей-либо вины, нельзя упрекать людей за то, что им трудно понять жизнь, тяжесть которой они не испытали.

Тут дело в том, что дореволюционная классовая жизнь людей вся, целиком сводилась к насилию, к непрерывной, напряжённой конкуренции в деле эксплуатации человека человеком. Эксплуататорами человеческой энергии были не только помещики, фабриканты, лавочники, кулаки деревень, управляющие поместьями, директора фабрик, приказчики лавочников тоже в свою очередь являлись кровососами людей, подчинённых им людей – конторщиков, техников, младших приказчиков, батраков. Кучер эксплуатировал конюха, мельник – «подсыпку», десятник – плотника, поп – дьячка, интеллигент – домашнюю прислугу – горничных, нянек, кухарок и т. д. Не было человека, который так или иначе, в той или иной форме не подвергался бы насилию над ним; все люди «низшего класса» принуждены были продавать свою силу. Все люди, всем строем жизни, начиная от семьи, от школы, воспитывались насильниками, и каждый, кого эксплуатировали, видел, что насилие – закон жизни и что для того, чтоб жить легче, сытнее, надобно пользоваться чьей-либо чужой силой, платя за неё как можно дешевле. В конечном счёте конкуренция сводилась именно к эксплуатации человека человеком, класса классом. К этому она сводится и в наши дни в буржуазных, классового строя государствах.

Молодёжь наша, конечно, знает по книжкам эту подлейшую, постыднейшую жизнь, но всё же книжки ещё не в силах показать стыд и мерзость жизни этой во всей её отвратительной сущности. Человека насиловали не только физически, высасывая из него рабочую силу, его и политически держали за горло, чтоб не кричал, не жаловался на жизнь никому, кроме бога, которого нет, да и богу молиться разрешили только молча, а не вслух. Человека всячески унижали: высосут его, обессилят и глумятся над его бессилием, чтоб окончательно уничтожить в нём возможность его протеста, признаки ещё не совсем вытравленного чувства собственного достоинства, желание лучшего, мечту о какой-то другой жизни на земле. Человек человека – боялся, каждый подозревал в другом возможного врага, конкурента на его место, на его кусок хлеба. Человека держали так, чтоб работать он мог, пока не издох. И было очень много весьма «образованных» людей, которые считали эту подлую жизнь в крови, в грязи «красивой», сокрушались о том, что варвары-большевики разрушили её. Ещё недавно, лет шесть тому назад, один из таких, эмигрант, кричал в письме своим сёстрам: «Никогда не простит история большевиков, которые лишили нас возможности пользоваться плодами красивой жизни, которую мы создали».

Стахановское движение – огненный взрыв массовой энергии, взрыв, вызванный колоссальными успехами труда, сознанием его культурного значения, его силы, освобождающей трудовое человечество из-под гнёта прошлого. Стахановское движение – социалистическое соревнование в труде, приподнятое на ещё большую высоту. Мне кажется, что понятие «соревнование» теперь пополняется новым содержанием и должно будет весьма благотворно воздействовать на быт, помочь людям Страны Советов установить между ними новые отношения.

Социалистическое соревнование ставит целью своей сделать всех нас, социально равноправных, равносильными и равноценными, не стесняя развития своеобразных способностей каждого, а помогая росту их. Чем разнообразнее таланты и дарования людей, тем более ярко горит жизнь, тем богаче она фактами творчества, тем быстрее её движение к великой цели – организации всего мира трудящихся на новых, коммунистических началах. В стахановском движении не должно быть места мещанскому, индивидуалистическому стремлению человека встать выше другого и насиловать его способности в свою, личную пользу, как это принято и узаконено в обществе классовом.

Если мне скажут: «культура – это насилие», – ещё есть люди, способные сказать так, – я не буду возражать им, но внесу поправку: культура тогда насилие, когда она направлена личностью против самой себя, против её анархизма, унаследованного от веков истории, построенной мещанством на крови и на костях трудового народа. Равноправность, равносилие, равноценность людей должны истребить в них постыдные и позорные в социалистическом обществе чувства зависти и жадности, – болезни мещанства, которые привели его к предсмертной агонии. Если некое «я» признает себя необходимой штучкой в мире, оно должно признать таковым же и всякое другое «я». Кстати – этим оно избавится от сознания своего одиночества на земле, – от сознания, которое особенно характерно для мещанина, является источником его жалоб на жизнь и служит для него «кривым зеркалом», в котором он видит сам себя героем, гением, чужим и не понятным миру.

Мы прожили восемнадцать лет боевой, очень трудной и совершенно сказочной жизни. Не говоря о том, как много – колоссально много! – создано за эти годы, мы должны помнить, что колоссальный этот труд создали десятки тысяч людей совершенно новой психологии. В чём это новое? Мария Демченко пишет мне: «Труд – величайшая святыня в нашей стране». «Свободный труд на пользу нашего социалистического отечества – величайшее счастье и радость для меня», родители которой работали всю жизнь, не зная наслаждения трудом. Так говорит не одна Демченко, и это не только новые слова, это новое чувство. Когда рабочие люди испытывали счастье, радость, наслаждение трудом? Так как они никогда ещё не работали на отечество, которого не имели, – они не могли испытывать этих чувств.

И вот для молодёжи нашей завоёвано отечество. Она, молодёжь, – полная хозяйка огромной, богатейшей страны, щедро, почти ежедневно открывающей пред нею всё новые и новые сокровища. Это должно научить молодёжь открывать и развивать в себе самой сокровища своих талантов, способностей.

В нашем быту ещё много такого, что должно быть изгнано, истреблено. Нам нужно создавать новый, социалистический быт. Нужно, чтоб слова «товарищ», «друг» не были пустыми словами, как это заметно в быту. Нужно воспитывать друг друга как вместилища равноценной энергии – равноценной, но не равномерно развитой. Советский человек – существо, всё более привлекающее внимание трудящихся земли, – надо, чтоб это был образцовый человек не только в его трудовой деятельности, но и в бытовых его отношениях.

В Союзе Советских Социалистических Республик все граждане должны заботиться о том, чтоб каждый из них до конца развил и полностью выявил свои способности. Поэтому социалистическое соревнование у нас – по существу, по смыслу своему – взаимопомощь 170 миллионов народа – миллионов рабочих, колхозников, инженеров, теоретиков и практиков науки, литераторов, артистов различных искусств, – взаимопомощь и сотрудничество в деле создания социалистической культуры. Стахановцы наглядно показывают нам, что любой человек может быть артистом в своём деле, – если он этого хочет. Чем сильнее, чем более ярко выражает пред нами артист свой талант, тем больше мы уважаем и любим его. Нуте-ка, давайте, подражая стахановцам, постараемся быть такими же честными артистами, каждый в своей работе. Этим подражанием мы не только решили бы вопрос о кадрах, но создали бы такое настроение, такую атмосферу вокруг себя, которая быстро излечила бы нас от всей той мещанской, пошленькой и глупой дряни, которая, к сожалению, ещё живёт в нас и очень мешает нам жить, как следовало бы и как пора уже!

Возможна ли жизнь людей в крепком уважении друг ко другу? Возможно всё, чего мы коллективно, единодушно хотим и чего захотим. Церковь, подлая спутница истории, играла роль сводни, убеждая бедных любить богачей. «Возлюби ближнего твоего, как самого себя», – учила она, утверждая животную любовь человека к самому себе как высший идеал любви. В противовес этому хитрому и лживому учению, явно и совершенно не применимому в условиях мещанском, волчьей жизни, в условиях необходимости бесчеловечного насилия над рабочим классом, над всей массой трудового народа, – в противовес этой проповеди лицемеров мы создаём условия жизни, в которых можно любить людей, не кривя душой, – любить за героизм их труда, за прекрасную их работу всестороннего развития и укрепления нашей родины, на которую точит зубы и когти издыхающее мещанство всех стран, на которую пролетарии всей земли привыкают смотреть как на своё отечество.

# Примечания

1

Впервые напечатано одновременно в газетах «Правда», 1935, номер 343 от 14 декабря, и «Известия ЦИК СССР и ВЦИК», 1935, номер 289 от 14 декабря. // Включалось в третье издание сборника статей М. Горького «О литературе». // Печатается по тексту газеты «Правда», сверенному с рукописью (Архив А. М. Горького).

2

Товарищ Сталин рассказал нам о причинах и о смысле стахановского движения. – Имеется в виду речь И. В. Сталина на Первом всесоюзном совещании стахановцев 17 ноября 1935 года (см. И. В. Сталин, Вопросы ленинизма, изд.11-е, стр. 493–506).